Легко умереть не дам… Записки поюзанного врача – 2

Не должны непосредственно контактировать с окружающей атмосферой, во избежание активное поступление воздуха в грудную клетку они могут быть опущены в банку с жидкостью, соединены с отсосом (в хорошем, механическом смысле этого слова) или пережаты. Иначе – поджатие легкого. Иногда смерть.] – пережать и ко мне. Место щаз-з будет… А потом выдал для ускорения уже почти глубинно-потаенное: – Сто-о-ять! Еще потом сравнишь переведенных ко мне с общим списком, посмотришь, всех ли вывели… Бегом, бля-а-а!

Ну, здесь порядок вроде бы наведен (кстати, если забежать немного вперед, то следует отметить, что получив команду на эвакуацию, народ побрел его безропотно выполнять, а глядя на них и «животные» больные со второго этажа молча присоединились), надо бы и о своих подумать… Тут все просто – 6 человек, на ИВЛ[26 - ИВЛ – искусственная вентиляция легких.

Дышание железным аппаратом.] никого. Кстати, об ИВЛ… А знание матчасти?: – Так, сейчас отрубят электричество, вырубятся отсосы… Ты – переводи всех больных на пассивную аспирацию[27 - Это и есть упомянутая несколько выше банка с жидкостью. ]… Ты – вместе с санитаркой перекатывай всех больных в одну половину палаты, нас сейчас уплотнять будут. Потом стулья со всех мест, где найдешь вдоль коридора. Сообразительная, но легкомысленная торакальная медсестра аки трепетная лань принеслась вся в слезах и соплях через 10 минут: – Алексей Романови-и-ич… Петрова нигде нет…

К этому времени неходячие на кроватях с колесиками были закатаны в палату, хреново ходячие были хоть и хреново, но рассажены вдоль коридора, плевральные дренажи были переведены на пассив, санитарка готовилась к укупорке щелей под дверью мокрыми тряпками, а я обдумывал свою командирскую думу о том, что делать дальше, если дым не кончится…

– Чего ревешь, дура? – ласково обратился я к осопливленной.

 – Пошли, поищем…

Я к тому времени спи… э-э-э… своровал на выставке фонарик-ручку (а не давайте без нужды чемодан скорой помощи немецкого происхождения смотреть!), поэтому, чем подсветить было – без фонаря в палатах уже ничего видно не было.

– Хоть маску наденьте… – захныкала сзади сообразительная медсестра, напяливая на лицо вторую, намоченную водой из-под крана маску.

– Нах… – гордо ответил я и пошагал впереди. Надо сказать, моя смелость произвела впечатление на окружающих особей женского пола и вызвала рост моего авторитета в их глазах, чем потом приходилось иногда беззастенчиво пользоваться. На самом деле – никакой храбрости.