Избранное. Том 2

Большая светлая комната больше походила на библиотеку: одну стену занимали книжные шкафы и полки, напротив удобный старинный стол с массивной столешницей и кожаный диван орехового оттенка, чуть потёртый от времени. На кремовых обоях несколько картин. Природа: горы и озера, голубые ели и разлапистые сосны. На одной – могучий дуб с тяжёлой кроной. Так и хочется смотреть не отрываясь на величественную красоту.

– Не соскучилась? – шутливо поинтересовался неслышно подошедший хозяин.

– Соскучилась, – безо всякой улыбки кивнула Валентина.

 – Сорок лет назад. – И замолчала.

– Так ты ж замуж вышла… Видно, не очень скучала, – с застарелой обидой вырвалось у Василия.

– Я? – Валентина даже отступила назад. – Это ты сразу после практики пропал. Взял телефон и не позвонил ни разу. Замуж звал, в вечной любви клялся. И пропал. Что я должна была думать?

– Я тебе звонил. А мне сказали, что такая здесь не проживает. Ищите в другом месте. Адреса-то у меня не было. Я и решил, что ты мне специально неверный номер телефона дала.

Сессию в техникуме с горя завалил, ну и повестка тут как тут, не задержалась. И я на три года в армию загремел. Родине долги возвращать. Уж когда вернулся, в институт твой поехал, а ты фамилию поменяла… замуж вышла и сына родила.

– Я замуж вышла от обиды на тебя, Васенька. От телефона месяц не отходила, всё ждала звонка…

– Я твой номер, Тинка, до сих пор помню. Впечатался в память. Я его тогда ведь не записал, запомнил. А память меня никогда не подводила. Вот слушай, – начал диктовать хозяин.

– Ох, Вася, не 8, а 7. Подвела тебя память.

– Как??? Я ж всю жизнь тебя вспоминал, Тинка-Валентинка, да обиду хранил. А оно вон как, сам виноват, – хозяин схватился за голову и опустился на диван.

– Что ж тут поделаешь, Васенька, – пожала плечами Валентина. – Жизнь-то уж прошла. Какая ни была, а наша. Я тебя тоже частенько вспоминала. Хоть и злилась, а сына Васей назвала… Муж ревновал, но терпел. Мы вообще ладно жили, мирно. Если б не пил, может, жили б до сих пор. А так, рано умер.

Уж десять лет, как похоронила его. А ты, Вася, женат был?

– Два раза, – махнул рукой хозяин. – Первый раз сам не выдержал с рядом нелюбимой. Развёлся. Не шла ты у меня из головы, Тинка-Валентинка. А второй – жена от меня ушла. Детей хотела, а не получилось у нас. Так что один я, как сыч, кукую-холостякую.

– Один… И я одна… – откликнулась эхом Валентина.

Где-то внизу взорвалась петарда, за ней вторая-третья, праздник нахально ворвался в комнату.