«Orbi Universo». Править всем миром

Смотри, какая упитанная. На довольствии животное. Видно же.

Корова, загнув голову назад навыверт внимательно посмотрела на мужа левым глазом, словно обиделась на кличку «животное», и он почему-то замолчал.

– Тату? Отлично! Я всегда хотела тату! В Индии! Я сейчас же сделаю тату! Это круто! Который час?

– Двенадцать, около того.

– Отлично, везде успеваем, мы идем делать тату. А к Хаджураху потом пойдём.

Муж, который был категорически против каких-либо тату понял, что спорить не стоит.

– Мууууу.., – ещё раз уже удовлетворённо промычала шлагбаумная корова, и Петру Петровичу вдруг показалось, что в глазе её правом, обращенном к нему, как раз за его спиной отражается что-то другое, не та узкая улочка по которой они шли только что к Храму, а какая-то площадь застроенная дворцами и толпа людей в старинных одеждах королевской стати, с регалиями, скипетрами, державами и прочими булавами в руках, черт знает в каком количестве, но мелко, не разберёшь.

Он даже оглянулся назад, посмотреть. Улица была совершенно пуста, что необычно для таких торговых мест, ни одного торговца, ни одного покупателя, ни одного воробья.

– Ну идем, – схватила его жена под руку, – Пошли. Пошли!

Мастер, казалось, ждал их, и ждал уже тысячу лет.

– Очень хорошо, очень хорошо, – заговорил он на ломаном английском.

Огромные, размером со средний платяной шкаф часы в углу мастерской пробили двенадцать. Часы эти также оказались вполне необычными.

Неторопливый маятник отмеривал секунды, часовая стрелка пробегала часы и четверти часа, минутной же вовсе не было, зато в окошках на циферблате отражались фазы Луны, показывающие что ещё капелька и Луны не будет вовсе, и положения каких-то малознакомых планет.

– Двенадцатое декабря 2012 года, я ждал вас. Я ждал вас тысячу лет, Великолепная!

– Я бы хотела посмотреть эскизы, – начала было Зоя.

– В этом нет необходимости, Царица Зое, – с поклоном головы ответил Мастер, – Всё уже готово, и все ждут вас.

В мастерской действительно обнаружились полуобнаженные слуги, склонившие лики в долгом почтительном поклоне. По углам большой залы красного кирпича дымились благовония, и казалось, что дымились они тут как раз второе тысячелетие, ровно столько, сколько сказал Мастер, настолько пропитан был воздух, так что голова слегка кружилась, и сил сопротивляться не было никаких.

«Будет что будет».