Слово парня. История Любви

К восьми часам я уже подходил к училищу. «Что сейчас будет? Как мне себя вести? Что говорить?» – думал я.

Я намеренно тянул время и зашёл в училище в восемь десять, чтобы оказаться на паре как раз ровно в восемь пятнадцать и не встречаться с сокурсниками.

На самом деле мне было по-настоящему страшно! Внутри всё клокотало. Я испытывал сильный стресс и нервничал. Мне снова предстояло столкнуться с противником, который превосходил числом и был физически сильнее меня. Сосредоточиться на учёбе не представлялось возможным.

Я прокручивал в голове варианты возможного развития событий и свою реакцию на них.

Я подошел к кабинету. Все мои обидчики уже собрались в коридоре и заняли места под стенками и на подоконниках. Увидев меня, они радостно загудели:

– О, пришёл, смотрите! Богданов пришёл!

Я подошел к «островку безопасности» – своим товарищам из группы одиночек, и поздоровался с ними. Окинув взглядом сокурсников, я остановил его на Бармалее. У него под глазом виднелся небольшой синяк. Значит, мой удар достиг цели, и я всё-таки сумел дать отпор.

Это меня порадовало, ведь на мне не было видно никаких следов вчерашней драки. Судя по настроениям остальной группы, всё только начиналось.

Прозвенел звонок, и мы зашли в аудиторию. Весь урок я слушал приколы и насмешки в свой адрес. Пару раз мне в спину прилетела скомканная бумага. Похоже, разборок на перемене не избежать. В ответ я швырнул ударившую мне в спину бумажку обратно в обидчика.

Преподаватель заметил, как я бросаю бумажку, и грозно сказал мне:

– Эй, Богданов, вы что себе позволяете? Я сейчас вас выгоню из аудитории!

Это вызвало радостный смех у блатных и их приспешников.

Мне было очень неприятно, но я вынужден был опустить голову и извиниться перед преподавателем.

Раздался звонок на перемену. Я вышел из аудитории и спиной почувствовал, что сейчас начнётся.

Ко мне подошёл белобрысый Саша по кличке Малой.

– Эй, Артур, ну что, ты бык? – ухмыляясь, спросил он.

– Нет, я не бык! – твёрдо повторил я.

Признать себя быком значило уронить собственное достоинство и опуститься до уровня изгоев. И тогда каждая шавка будет тебя оскорблять и издеваться над тобой.

Тут же меня окружила толпа блатных и их прихвостней. Один из блатных, Николай по кличке Моторист, подошёл ко мне вплотную.

– Тебе же вчера всё объяснили! Ты что, твердолобый? – закричал он.

– Мне вчера никто ничего не объяснял. Я остался при своём, и сейчас тоже стою на своём.