Лестница в небеса. Исповедь советского пацана

Теперь требовалась кровь. Я долго искал иголку, а когда нашел, Тимка вдруг всполошился, заявив, что она отравлена микробами. Пришлось зажигать газ и калить иголку на огне. Она устрашающе покраснела, и мы сунули ее под воду из крана.

– А вода грязная! – не унимался Тимка. Мы внимательно посмотрели на него.

– Ладно, это я так. Зараза к заразе не пристает, как говорит мой брат.

Колол командир, то есть я. Все выдергивали руку и шипели, как змеи. Зашипел и я, когда, зажмурившись, ткнул себе в подушечку пальца иголку.

После кровавой процедуры мы даже как-то зауважали себя. Все-таки недаром именно кровью скрепляется каждый тайный союз. Китыч так и этак разглядывал уколотый палец, любовался им, хвастался.

– Из меня больше всех вытекло! Смотрите, какая дырка!

Эта клятва до сих пор (!) хранится у меня в дневниках, и следы крови на листке, выдранном из блокнота, видны отчетливо. Они и теперь сохранили темно-красный цвет. Видимо, сам кровавый ритуал тогда и подтолкнул наши мысли в соответствующем направлении.

Без оружия было никак.

«Плевательные» трубки, которые больно стреляли горохом, серьезным оружием назвать было трудно. Настоящих пистолетов у нас пока не было, хотя в планах значилось выезд в пригороды по местам боевой славы – там можно было откопать не только пистолет, но и целую гаубицу…

Ножи вспарывали карманы и проваливались в ботинки в неподходящий момент. Кастеты! Это было заманчиво. Китыч сказал, что кастетом можно убить человека, если как следует потренироваться.

Это вдохновляло. Нужен был свинец, но мы нашли его на удивление легко, на следующий же день: на свалке, которая разделяла (и до сих пор разделяет!) улицу Народную и лес. Литейную мастерскую оборудовали опять же на моей кухне. Китыч изготовил из хлебного мякиша формочки и вот она – первая плавка! Хлебушек не подвел. Серебряная тяжелая, горячая жидкость наполнила лепнину. Мы заворожено молчали, глядя, как на наших глазах выковывается новое чудо-оружие.

– А с шипами? – благоговейно вымолвил Тимка.

– Можно и с шипами – отозвался Китыч. – Только это сложнее. Ничего. На первое время и так сойдет. Тут главное удар поставить. Если по темечку со всей силы ударить, то и без шипов – копыта откинет.

«Копыта откинет» – это, конечно, враг. Бабульки-бабульками, а какой же тимуровец без Мишки Квакина? Врагов явных не было, и мы их назначали. Во дворе бесцельно болтались десятки бездельников нашего возраста, было из кого выбирать.