Под знаком льва

Игорь спрашивал:

– Паш, вроде бы сибиряки – народ молчаливый, а ты, как южанин, заводной.

Тот только отшучивался:

– А я не знаю, каких я кровей на самом деле! – и начинал на пальцах перечислять: – Мама русская, папа украинец, да и татары по России хаживали… Кто я по национальности?..

Игорь вздохнул и серьезно ответил:

– Наверное, аравин.

Эти двое топливозаправщиков так сдружились, что были не разлей вода. Куда ни глянь, если есть Пашка, там будет и Игорь, и наоборот. Организатором всех злодейских замыслов был Проскурин.

Он был шустрым, практичным парнем. Кто как не он знал, кому бензин продать, где запчасти на самогон обменять. Командир роты майор Суслов называл его чепешником и дестабилизатором военной и политической подготовки, говорил, что от Павла одни неприятности, и дал ему кличку Бандит. Тут он, конечно, преувеличивал и самую ответственную работу поручал друзьям. Пашка на него не обижался: не на что было. Свою «Волгу» мыть и заправлять командир доверял только ему. Как-то попросил он Павла машину помыть. Тот, когда протирал внутри, обнаружил в кармане сиденья какую-то плоскую никелированную емкость литра на полтора. Любопытный солдат открыл, принюхался – вроде бы спирт – и побежал к Игорю:

– Бросай все к черту, сейчас у Суслова спирт подженим.

Игорь был в недоумении:

– Да объясни спокойно, в чем дело?

Павел отдышался и рассказал о находке. Сидя на капоте машины, Игорь смотрел на друга, как на шкодного мальчишку:

– Паш, он же нас прибьет.

– Да ты не бойся, мы чуть-чуть, а потом водой разбавим.

Она полная, он и не поймет ничего.

Игорек знал, что с Пашей спорить нельзя. Не согласись с ним, все равно сделает сам, а от друга отставать нельзя, обидится.

На следующий день взвод находился в автопарке, где занимался плановыми работами по обслуживанию техники. Майор Суслов дал команду дневальному:

– Срочно ко мне Таяновского и пр… – он чуть не заматерился. – Проскурина, только бегом!

На бегу Игорь ругал Пашку:

– Говорил же тебе, остолопу, не надо лезть, а ты без приключений, как без пряников.

Пашка, тяжело дыша, огрызался:

– Пусть дальше прячет, знает же, что я не удержусь, все равно отолью. На губу не посадит, убить не убьет, так что не переживай, браток, и вообще, как будто тебе насильно кто-то в рот заливал.

Игорь замолчал. Возле канцелярии начали застегиваться и поправляться. Ротный, сурово глянув на них, крикнул:

– Ну что, алкаши, долго вас еще ждать?

Пашка вошел первым.