Хуманус

Как на свет ночного огонька летит мошка,

И манит как тепло костра промокшего ночного путника, синий свет, льющийся на нас из пластикового ящика,

Получающий сигнал со спутника.

Манит своим лоском, шиком.

Красивой лёгкой жизнью,

Но по исходу – пшиком.

Как пик горы всех твоих деяний,

Который покорить в красивых одеяниях.

Вулкан, который извергает счастье.

Но фикцией окажется (быть может) сие мытарство.

И вот совет, чтоб тебе в ладу с самим собой остаться.

До:

На гребне волн на верх и вниз мотаться.

Ползти, бежать, и падать, подниматься.

Набивши шишки, синяки и ссадины,

Увидеть и различить хорошего от гадины.

Не стать в конце пути мерзавцем конченым.

Ведь путь сей крапивой и репейником увенчанный.

Капканами, ловушками тропа обставлена.

Которую освещает только лишь луна одна.

И свет из глаз, льющийся от устремлений.

Тогда награда будет без сомнений.

Но есть вторая сторона медалей этих.

Грань, что можно перейти и не понять огрехи.

Очень важно наверху олимпа,

Вихряя по конусам и лимбам,

Чтоб не терзало вас внутри,

Чтоб не было пустот и дыр,

Не перейти на путь разврата, похоти и услаждений.

Для славы, денег, без совести зазрения.

Где человеколюбие, это, сынок, фантастика.

Где щепки все, все сделано из пластика.

Где лицемерие и лизоблюдство здравствует.

Где нет вздоха творчеству, там бизнес только властвует.

Хребты ломая, откручивая головы.

После:

То будешь новый ты, но какой ты (будешь) новый?

P.

Уж коль тропу твоей судьбы до сюда промяло,

То помни для чего.

___

101101.

Сначала включилось солнце,

Затем остальной мир.

Я выбежал на балконце,

И кофе случайно пролил.

Посмотрел, а внизу масса

Разрозненных проводов.

Синие, жёлтые, красные.

Город полыхает без дров.

Плюс и минус ходят за ручку, полюса отталкивают.

Я затолкал себя в бочку,

Но собаки облаивают.

Эта схема дана природой,

Но и она может сгореть.

Я со своей недовольной мордой

Готов каждый день помереть.

Будильник сыграл оркестр.

Лампа канкан сплясала.

Окно открывало шторки.

Ты действительность

Опять потеряла.

Вращаются бетонные жернова,

Переламываются хребта.

И только в темноте ночной

Страж кладбища вздохнёт.

Эта жизнь не нова,

Да и смерть не лапта.

Перед информационным богом,

Которого сплёл электронный паук,

Пала ниц,

Человеческая река,

Поток из нулей и единиц.