Разлом

Впрочем, народ в экспедициях заводной, и часто наш столик с успехом обставлял других по разнообразию и интеллектуальности бесед и качеству юмора. Случайных людей среди нас не бывает! У многих за плечами были годы опыта полевых работ в различных местах на море и суше. Забавные случаи, рассказы, комментарии, воспоминания, парадоксы – обычная приправа к нехитрой судовой еде!

Так проходили будни. Я привыкла к своей изоляции. Она не казалась мне столь уж тягостной, когда меня не задевали открыто. Нога моя заживала, но медленнее, чем хотелось: сгибать колено было еще больно.

Итак, первый этап запланированных в рейсе работ закончился, и на пароходе устроили вечер отдыха. Праздники на судне – дело обычное, они носят терапевтический эффект. Монотонность существования по расписанию и замкнутое пространство требуют эмоционального выхода. Праздновать решили, как всегда, на корме. Там больше жизненного пространства для сейсмических утех! Поэтому свободные от вахт женщины уже с утра начали готовить еду для вечернего пира и сразу после обеда в помещении лаборатории стали застилать бумагой столы.

Лучшие рестораны мира блекнут перед скромным убранством судового банкета! Пасодобли корриды не устоят перед грядущей драмой на борту! Здесь все возможно: здесь порок на грани совершенства!

У нас в лаборатории еще шли работы на ходу судна с попутной съемкой. Я была занята оцифровкой данных. После обеда работы закончились, и народ вывалил на палубу порыбачить. Если случается большой улов, то часть рыбы жарят на камбузе на больших сковородах и противнях.

Мелочь обычно разбирают по лабораториям, и там идет своя стряпня. Судовые вытяжки работают на износ в борьбе с ароматами! В отрядах начинается «брожение» и хождение в гости – повальная дегустация рыбацких деликатесов.

Приготовленные блюда уже были расставлены вдоль столов. Принарядившийся народ собирался в нашей кормовой лаборатории. Многие уже успели загореть, работая днем на палубе. Другие умудрялись провести часок после обеда на шкафуте, подставляя себя солнцу и морскому бризу.

В рейсах народ хорошеет! Вот показались студенты, за ними другие сотрудники. Я поймала себя на мысли, что жду, когда появится Андрей со своей белокурой дивой. Я была готова к этому и все же знала, что удар будет жестким и устоять будет трудно.

Они появились запросто, как это всегда бывает, когда не существует преград. Вот она рядом с ним: шелковистый поток струящейся по плечам платиновой гривы, загорелая шея, ярко-розовый топ.