Повесть об Анне

– Значит, – ледяным тоном произнес он, – по результатам теста, как ты считаешь, я могу определить, что ты псих? А по вот таким вот, дружок, утверждениям я этого определить не могу? Какие еще голоса в голове? У тебя, голубчик, совсем другой диагноз был. У кого ты здесь этого уже нахватался?

– Черт! – схватился руками за голову Паша. – Что вы теперь будете делать?

– Прекрати, – скривился профессор. – К чему это? Ты не Макмерфи, а я не мисс Гнусен.

Паша смотрел на него и не понимал, о чем он. Охрименко почесал висок, и без того ясно было, что это парень не читал книг и не смотрел фильмов.

– Ты не в концлагере, – уточнил профессор, – не нужно хвататься за голову и кричать: «Что же сейчас будет?» Ладно… И что она говорит тебе в твоей голове?

– Аня?

– Ага.

– Просто говорит, что проснулась, – смущенно ответил Паша, – говорит, что на ней одето, спрашивает, что на мне одето… Ничего толкового, ничего существенного…

– Паш… – спокойно произнес профессор Охрименко. – Ты помнишь, как ты к нам попал?

– Да…

– После травмы головы, помнишь?

– Да.

– У тебя постоянно болела и кружилась голова, ты боялся звуков, раздражался всего на свете и часто плакал.

– Не напоминайте. Я помню.

– А помнишь ты кричал и ругался на медсестер, на врачей, на меня? Потом плакал и извинялся.

– Помню, помню, – мучительно закрыв глаза, прошептал парень.

– У тебя была травма, в итоге внутричерепная гематома, дела были плохи, Паша. Дела были очень плохи. Но после операции тебе стало лучше.

– Стало.

– Голова почти не болит, настроение не скачет так сильно. Многое, конечно, ушло… Но и что-то еще осталось. Как я понимаю, ты ведь осознаешь все, что с тобой происходит? Память в порядке.

– Да.

– Это, – серьезным голосом сказал профессор Охрименко, подняв кверху указательный палец, – это очень важно! Чтобы ты осознавал, что слишком порой суетлив, чрезмерно эмоционален не совсем там, где нужно, что сознание немного спутано. Но в твоей голове все чисто и уж, поверь мне, все твои проблемы имеют остаточный характер.

– Ну, если что, я все осознаю.

– А это значит, что ты, парень, в намного, более лучшем положении, чем большинство других пациентов. Но никогда с момента как ты сюда попал, никогда, у тебя не было голосов в голове.

– Не было.

– Ну и что же тогда это ты мне такое рассказываешь, что Анна якобы беседует с тобой в твоем рассудке?

– Нет-нет, – обеспокоенно закивал головой Паша, – это не голоса в голове. Это другое.