Найти ось… или Судьба

Раньше они были более спокойными, овевали её благополучием. И куда это всё подевалось? Кто привносил этот беспокойный кураж в её повседневность? Уж не она ли сама? Не без этого, конечно. Ведь со всем этим мирилась, всякий раз, молча, благословляла мужа на уход из дома. Притворялась спокойной и довольной жизнью.

Но… Что но? Семейного тыла у неё не было. Да, она, получив инвалидность по болезни, оставила работу; может, не надо было? Третья группа– это же не первая, трудиться ещё могла. Но ведь Степан настоял на её уходе.

Теперь она понимала: изолировал от общих друзей и знакомых. Глупыш: они же всё равно не пропускают случая рассказать ей о нём. «Сердобольные» слишком. По-женски относила это к тому, что ей завидуют: такой красавец рядом.

Так, вслед за светлыми и радостными минутами первых двух лет супружества, их настигли раздоры, которые, как тот затяжной осенний дождь, удлинялись, и потому совместная жизнь начала превращаться в серую привычную обыденность.

Ей бы хотелось найти такого судью, или свидетеля, чтобы они решили, имеют ли смысл её подозрения и претензии, постоянные вычисления измен, или они просто неосмысленный парадокс.

Вот эта бесформенная неизвестность одолевала. Она не имела конца и края, вызывала тоску и тревогу.

По её путям, конечно, особенно далеко не уйдешь. Другое дело – реальность. Но в данном случае явь служила лишь притравой для неизвестности. Лучше бы ничего не знать и не догадываться, думать как можно меньше об измене мужа, не давать ревности никакой конкретики.

Ей не раз указывали адреса, где, мол, можно «поймать Стёпу на горячем», но воспользоваться этими наставлениями, означало для неё окончательно потерять себя. Клавдия помнила бабкину науку: советы по поводу личной жизни редко приносят пользу. «Нет, пусть изменяет, не хочу даже знать, с кем, а первая на разрыв не пойду. Буду терпеть, хотя бы ради сына».

Она оставалась безгласной, имела такой вид, точно ничего не знает, чем окончательно выводила Степана из себя. Ему хотелось услышать какое угодно обвинение, хотя бы для того, чтобы обрушиться на нее, но нет: ответом было лишь, как ему казалось, равнодушное молчание.

Клавдия не скандалила и тогда, когда муж засобирался уезжать на Север на заработки: понимала, что хоть их отношения и держатся на волоске, но не рвутся же совсем?!. «Может, на расстоянии будем роднее?» – утешала себя.

II

За окном уходящий день отвечал то порывистым вздохом ветерка, то наступающим синим бархатом вечера.