Плие

Они с бывшей женой, до того как поженились, встречались пару лет, однажды она сказала, что беременна и ему не оставалось ничего другого, как повести ее под венец. Она была неглупа, в чем-то по-своему привлекательна, хозяйственна. Андрей в то время начал заниматься бизнесом, жена заботилась о нем, поддерживала в трудные минуты. Иногда, когда он очень уставал, он приходил домой и обнимал ее, ища в ней успокоение. Он опускал свою голову на ее большую красивую грудь, вдыхал запах ее тела: молока, теплых подмышек, дома, пирогов, налаченных волос и еще чего-то, что хотелось разложить на компоненты и снова смешать.

Он, убаюканный ее теплом, успокаивался и засыпал.

Она была старше его на три года, несколько консервативна и холодна. Любовью они занимались почти всегда под одеялом, перед сном, чаще по выходным. Он гладил ее мягкие ноги, она часто дышала, груди распадались на две стороны, он сжимал их руками, ловил губами крупные соски, она крепче прижимала его к себе, он исходил в нее, и в следующий раз все повторялось сначала.

Время шло. Бизнес Андрея стал налаживаться – они поменяли свою маленькую квартиру на трехкомнатную, сделали ремонт, обставились. Став матерью, она все больше стала походить на наседку, набрав вес в беременность, так и не смогла с ним расстаться. После рождения сына, все свое внимание она стала уделять ему. Андрей часто бывал в отъездах, налаживая связи в других городах, он почти не видел, как растет его ребенок, бизнес отнимал все его время.

Дома он чувствовал себя чужим: жена отказывала ему в близости, да и он, глядя на ее обрюзгшее тело, не испытывал особых желаний. Работа и сын стали ему утехой в жизни.

Андрей стал успешным бизнесменом, заключение сделок часто отмечали в ресторанах или банях. Бывали там и девочки – чьи-то знакомые или проститутки. Женщин такого рода он не любил, но их откровенные наряды, яркие сочные губы, призывные взгляды не могли его не волновать. Охмелев, он поддавался на уговоры пойти потанцевать, обнимал кого-то, чувствуя возбуждение и отвращение одновременно.

А дома из запаха стирального порошка и борща в коридор выплывала жена, выговаривала ему, что он опять пьян, не понятно, где шлялся, и неизвестно – с кем был. Он не хотел оправдываться, шел в гостиную и ложился спать на диван. Однажды она даже предоставила ему следы его неверности – след красной помады на рубашке.

– Ну, потанцевал с одной, как-то испачкался.