Игра в бирюльки

И ему не оставалось ничего другого, как осмотрительно вести свой маленький кораблик вперед, полагаясь на интуицию и здравый смысл, между скал, через грозные бури и буруны Системы. Бойцом он, конечно, себя не ощущал, но и душу дьяволу продавать не собирался. Хотелось просто засыпать и просыпаться со спокойной совестью, чтобы без тревоги смотреть в глаза своей маленькой дочуре. Не много ли захотел?

Генрих Бальян, генконсул, уже паковал чемоданы и выглядел окончательно подавленным всей этой историей под конец своей миссии в дорогой его сердцу Франции.

Он крепко запомнил, как после героических дней в маки его папаша Ашот, навсегда унося в душе любовь к стране галлов, вернулся на историческую родину, где в порядке вещей, для профилактики, со всеми своими иностранными наградами был отправлен на десять лет в заповедные сибирские края как французский шпион. И вот теперь сыну Генриху выпала сомнительная честь покинуть эту землю в качестве советского шпиона. Вся дипломатическая карьера коту под хвост. Было от чего закручиниться.

Кранцев, с его провинциальным происхождением и дипломом специалиста по странам Африки, никогда не увидел бы заветной Франции, заповедника для отпрысков номенклатуры, если бы не работа вожатым в пионерлагере МИДа в годы учебы в МГИМО. И не просто вожатым, а любимым предводителем пионеров, в рядах которых значилась маленькая и шустрая Сима Бальян, дочка будущего генконсула в Марселе. Папа хорошо запомнил лицо скромного парня в нефирменной футболке, от которого в восторге была его несовершеннолетняя дочь.

Отьезд генконсула был отсрочен на несколько дней, на время очередного съезда Французской соцпартии, проходившего на территории консульского округа. На съезд идеологических противников была направлена важная делегация КПСС во главе аж с секретарем ЦК и свитой дармоедов. Партийные бонзы прибыли насладиться бесплатной роскошью средневекового замка. Каждое утро и вечер в течение достопамятных пяти дней Бальян и Кранцев, несмотря на разделявшие замок и Марсель 180 км, должны были являться на поклон делегатам – не надо ли чего? Стоит ли уточнять, что большие люди, имея доступ к изысканному столу и халявному арманьяку, вовсе не нуждались в присутствии консульских людишек.

Но так было положено. И Кранцев напрасно пытался поймать неземной взгляд товарища Артухова, ведущего обозревателя главной партийной газеты страны, но не сумел поймать даже его тени, если тот вообще ее отбрасывал.