Девственник. Роман

Возле берега бродил,

Кровожадный…

Мальчику на секунду привиделся хищный крокодил песочного цвета, прикинувшийся бревном в реке в ожидании добычи. Вот он вращает выставленными наружу глазами и ноздрями, разевает зубастую пасть и…

Не понимая происходящего, не чувствуя ничего, кроме страха, колотившего в грудь, он бросился бежать, не разбирая дороги. Добежав до места, где его ждали остальные участники игры в прятки, рухнул на землю, теряя сознание…

Алексей Сергеевич повернулся к классу. Его чёткий голос прервал бурные перешёптывания ребят:

– Продолжаем работать… Времени у нас в обрез.

Конец четверти и, тем более, конец года увенчается большим сочинением… Мы должны всё успеть. Так, где у нас графы и князья? Медленно передвигаясь между рядами, всматривался в каждого.

– Я княжна Марья. – Стройная смуглая девушка поднялась из-за последней парты у окна. Серьёзный взгляд тёмных глаз прошёлся по учителю и замер за его спиной, на классной доске. Рита вообще редко улыбалась.

И то, что она согласилась изображать Марью Болконскую, не удивило его. Если кому из учениц и подходил образ княжны, то именно ей.

Её «большие, глубокие» глаза сострадали каждому, кто в этом нуждался, а «лучи тёплого света снопами» (2) проникали в самое сердце. Строгость облика девушки в редкие минуты смягчалась обволакивающе мягким взором, который преображал малопривлекательное лицо. В общении оно приобретало миловидность, что действовало на одноклассников безотказно и располагало к ней.

Риту любили. И побаивались.

– Отлично, – одобрил учитель, – а кто у нас Наташа Ростова?

– Я! – Звонкий голосок прозвучал с противоположной стороны. Амплитудное вибрато перенесло взгляды ребят в сторону звука. Ну как не воскликнуть вслед за Толстым «что за прелесть эта Наташа…» (3)

Нежность, искренность, восторг в сочетании с теплотой эмоционально насыщенных мелизмами голоска, определил выбор детей, который обрадовал Алексея Сергеевича – удачное решение говорит само за себя: материал проанализирован и понят как следует.

Светлана… Конечно же, Светлана.

«С большим ртом, некрасивая, но живая», – всплыли слова автора. (4) Так и есть, энергия, в отличие от Риты, то бишь Марьи, бьёт через край… Жизнь для неё – сплошной праздник, в то время как для Марьи – работа над собой, отречение от радостей и жертвенность для близких. Объединяла обеих девушек чистота, непосредственность, готовность по первому зову броситься на помощь.