Братство подсолнуха. Криминальная драма на постном масле

В деканате, наверное, только Гелька (в смысле – Ангелина Павловна). Толку от нее маловато.

– Может, действительно выйти на улицу? – подумал он. – Там люди. Менты, опять же, какие-нибудь подвернутся. Да или просто послать этого Яника куда подальше, только вежливо, как бы с благодарностью, чтобы не обиделся, и пойти домой?

– Пойдемте, пойдемте, – взял его под локоть Яник.

Юрий в ответ молча кивнул, жестом пригласив своего собеседника идти первым. Вслед за Яником он спустился на первый этаж и мимо дремлющей за стойкой, на которую он положил ключ от аудитории, вахтерши вышел на залитый солнцем университетский двор.

Машину Яника он угадал сразу. Огромный, с хищными раскосыми фарами черный Майбах S560 разительно отличался от обшарпанных драндулетов университетской братии, вкривь и вкось расставленных по периметру квадратного двора.

– Ничего себе машинка! – сглотнул слюну Юрий.

И тут передняя пассажирская дверь Майбаха распахнулась, чтобы выпустить одетого в черный костюм двухметрового амбала.

Амбал сделал пару шагов навстречу Янику и застыл, ожидая указаний. Ехать в такой компании куда бы то ни было Юрию категорически не хотелось. А о том, чтобы просто взять и послать Яника, теперь речь и вовсе не шла. В это самое мгновение Юрий как-то сразу понял, что есть вещи куда страшнее увольнения: получить пулю в лоб, например.

Подвела его мамаша под монастырь. Никакие это не клоунские «подсолнечные братцы». Те не ездят на машинах с моторами в 460 лошадей и не имеют телохранителей в черных костюмах, пиджаки которых к тому же как-то подозрительно топорщатся.

Никакие это не умалишенные – это самые настоящие бандиты!

Внезапно Юрий почувствовал, что на открытом солнцепеке его стал пробирать озноб. Как будто кто-то включил в университетском дворе чудовищно огромный кондиционер. Причем включил на полную мощность. Так, что зубы Юрия стали предательски клацать.

– Запихнут в машину, увезут, застрелят и выбросят, – понеслись в его голове шальные мысли. – Хотя зачем стрелять? Такой амбал задушит его голыми руками.

Так и тише будет. И без крови. И пусть тогда мама посадит на его безвременной могилке подсолнухи. Пусть пожалеет, что втянула единственного сыночка в эту жуткую историю.

– Юрий, вам нехорошо? – участливо поинтересовался у него Яник.

– Может, погуляем? – просипел Юрий, которому никак не улыбалось садиться в проклятую машину. – Тут парк рядом. В двух кварталах. Тенечек. Свежий воздух. А?

– Как скажите, – пожал плечами Яник.