Маки Прованса. Историческая феерия

А если тебе ещё будет нужен этот роман, я тебе его насовсем отдам – я его чисто для учёбы покупаю. Меня другого рода вещи интересуют.

– Дело говоришь. У меня всего рублей пятьсот до конца месяца осталось. Будь по-твоему!

Ну, спасибо за понимание. Хоть не помру с голодухи. И всё-таки он, блин, сноб. «Меня другого рода вещи интересуют». Ещё бы, романы – это для нас, простых смертных. Этот ботан небось только Спинозу да Ницше читает… даже в туалете!

Ладно, главное, что помог. И книжку дал мне первой. Что, собственно, от него ещё требуется?

Кто бы знал тогда, что за пропасть эта книжка! Но мы оба рискнули туда провалиться…

ГЛАВА 1.

ЛЮТНЯ С ГЕРБОМ

Пасмурным утром на дороге, что ведёт от камаргианских болот к городу Арлю, показалась тёмная точка. Спавший под кустом тамариска козопас лениво приоткрыл один глаз и заметил нелепого вида побродягу в поношенных лохмотьях и с бережно завёрнутым в холстину музыкальным инструментом. «Шатается тут всякий сброд, не живётся им, бездельникам, по-христиански», – подумал козопас и погрузился в сладкие думы о своей Мари – весёлой и пышной, как булочки её отца-пекаря.

Козьи бубенчики позванивали совсем рядом, и, если бы не надоедливые насекомые, сладкая дрёма юноши длилась бы до следующей дойки.

Побродяга, между тем, продолжал свой путь. На нём был капюшон – из тех, что носят безобразные прокажённые. Остальная одежда, ношеная и не раз штопаная на локтях и коленях, висела на нём мешком. Худая рука прижимала к боку битком набитую дорожную суму с подаянием, у пояса болталась пустая фляга.

Вид у путника был самый жалкий. Только края чистой и новой холстины, которой был укрыт инструмент нищего, трепетали на ветру, словно лепестки белого олеандра.

В этот час ни один крестьянин не удивлялся нищему – самая пора ему спешить в город, чтобы до вечера голосить свои песни и клянчить еду у торговок. Каждый, кто слышал стук бродяжьей фляги, лишь на миг оборачивался и равнодушно возвращался к своим делам. Спеть нищего никто не просил – работа кипела, со дня на день край ждал богатых и именитых гостей, которым понадобится что-то есть и у кого-то останавливаться.

Шаг за шагом ступают деревянные башмаки по каменистой дороге, шаг за шагом гремит фляга. Нищий музыкант идёт, напевая что-то себе под нос. Изредка он помогает себе руками – ох, трудно поймать мелодию!

Стоило побродяге скрыться за поворотом дороги, как на ней показалась маленькая конная процессия – двое рыцарей с оруженосцами.