Лизогамия

Нужно ли говорить, как Михаил берег, ценил и любил свою последнюю ЛЮБОВЬ, зная, что после неё ничего уже не будет? Сколько раз, перед тем как заснуть, он представлял себе, как куда-то несется один в холодной мгле, голый и такой беззащитный под своим одеялом (каждый раз, проживая этот ужас, он на всякий случай прикрывал одой ладонью свои глаза, а другой еще что-нибудь), несется без всякого назначения и смысла, и только ЛЮБОВЬ придает всему этому случайному хаосу какой-то порядок.

А раз есть порядок, следовательно, появятся и назначение, и смысл. И привычно снизошедшая, натренированная этим выводом благодать, позволяла засыпать ему быстро и c радостной улыбкой.

Наша героиня тоже любила своего мужа, и он всегда и во всем чувствовал ее поддержку, такую спокойную, сдержанную, основательную и нежную. Этот стиль называется «северный, дистанционный, дневной», который мог очень быстро поменяться на другой, с говорящим названием «две кожи дрожат лежа».

Непредсказуемая череда стилей доставляла им обоим много счастливых минут. Смене стиля обычно предшествовала хорошо отрепетированная, короткая пьеса, в которой, не смотря на многолетние репетиции, всегда было место для любой импровизации.

– Ты меня любишь?

– Да.

– Быстрый ответ не засчитывается. Давай еще раз. Ты меня любишь?

– Не знаю. Мне нужно подумать и проверить свои чувства.

– Думай. – Прошло несколько секунд. – Ну, и?

– Понимаешь, имея математическое образование, я обязан структурно и ответственно подходить к моей любви к тебе. Тем более, что она последняя.

– Хватит сопеть, и иди ко мне.

Супругу очень нравилось читать научные и литературные труды о любви между мужчиной и женщиной. А так как, ни одному из человеческих чувств, не было посвящено такого количества исследований, то всегда можно было найти какой-нибудь новый шедевр, воспевающий любовь или объясняющий её природу.

Лучшие умы всех народов и во все времена слагали гимны этому наивысшему и наилучшему человеческому проявлению и пытались понять, что же такое любовь. Михаил внимательно изучал все, что хоть как-то было связано с анализом и синтезом любовных процессов: от мифов и легенд древних греков, до научно-популярных статей современных нейробиологов.