Золото богов

Нортон колебался, как будто боялся сказать слишком много. Хотя я не мог не восхищаться его осторожностью, я обнаружил, что это было очень раздражающе. Тем не менее, я был полон решимости понять его точку зрения, если это возможно.

– Тогда Альфонсо, похоже, достойный сын, – заметил я. – Однако я не совсем понимаю, почему у сеньориты должно быть такое явное предубеждение против нее. Похоже, на него это не распространяется.

– Я полагаю, – неохотно ответил Нортон, – что Мендоса был с ней в довольно близких отношениях.

По крайней мере, я думаю, ты найдешь эту женщину очень амбициозной в отношении своего сына. Я не думаю, что она остановилась бы перед большим, чтобы продвигать его интересы. Ты, должно быть, заметил, как много Альфонсо думает о сеньорите. Но я не думаю, что было что-то, что могло бы преодолеть предубеждение старого кастильца. Ты же знаешь, они гордятся тем, что никогда не вступают в смешанные браки. С Локвудом все было бы по-другому.

Мне показалось, что я начал понимать, как обстоят дела.

– Уитни теперь довольно хорошо ее знает, не так ли? – выстрелил я.

Нортон пожал плечами. Но он не мог бы согласиться лучше, чем самим своим поведением.

– Мистер Локвуд и мистер Уитни лучше знают, что делают, – наконец заметил он. – Почему бы вам с Кеннеди не попытаться встретиться с сеньорой де Моше? Ты же знаешь, я ученый. Я не люблю говорить о предположениях.

Я бы предпочел высказывать свое мнение только о вещах, которые являются несомненными.

Возможно, Нортон хотел создать впечатление, что затронутые мной темы заслуживают внимания. По крайней мере, у меня сложилось такое впечатление.

– И все же, – медленно продолжил он, – я думаю, что имею право так много говорить. Мне самому было интересно наблюдать как за Альфонсо де Моше, так и за Локвудом, когда речь заходит о деле сеньориты. Говорят, в любви и на войне все средства хороши. Насколько я могу судить, в этом деле где-то есть и то, и другое. Я думаю, тебе лучше повидаться с сеньорой и судить самому.

Она умная женщина, я знаю. Но я уверен, что Кеннеди смог бы ее понять, даже если остальные из нас не смогут.

Я поблагодарил Нортона за подсказку, которую он дал, и, поболтав еще несколько минут, оставил его одного в кабинете.

Вернувшись в свою комнату, я вернулся, чтобы закончить писать. Однако больше ничего не произошло, что могло бы возбудить мои подозрения, и, наконец, мне удалось закончить статью.