Беременность на сдачу

Я смотрю на своего малыша – с ручками, ножками, головкой – и не могу сдержать стекающих по щекам слез счастья. Вот он, мой маленький зайчонок, тот, кого я буду любить и оберегать. Я почти забываю о том, что там есть еще один малыш, настолько меня пленяет то, что я вижу.

– Ребенок полностью соответствует сроку, здоров, внешних патологий не выявлено, – комментирует доктор. – А теперь я покажу вам второго.

На экране появляется другое изображение, сначала нечеткое, затем я замечаю там что-то похожее на ребенка, но он совершенно не такой, как предыдущий.

– Что с ним, доктор? – Я плачу, но уже не от счастья. Я не могу нормально рассмотреть малыша, но и сквозь слезы понимаю, что с ним что-то не так. Он… другой.

– Он соответствует сроку восемь недель и для этого периода развивается отлично, – сухо говорит доктор.

– Но… откуда взялся второй ребенок? – спрашиваю едва слышно, ничего не понимая.

Доктор убирает датчик с моего живота, тянется к моей медкарте и тщательно перелистывает страницы, вчитываясь в написанное.

После снова что-то рассматривает на экране, больше не выводя изображение для меня. Я волнуюсь, чувствую, как сердце начинает биться быстрее, а дыхание учащается.

– Можете вставать. – Мужчина подает мне руку и помогает подняться, протягивает полотенце, чтобы я могла стереть остатки геля, и садится на свое кресло.

Слежу за тем, как он записывает что-то в моей карте, а затем берет листочек и чиркает что-то и там.

– Садитесь, не стойте. – Он указывает на стул.

 – Не нервничайте, пожалуйста. С вашими детьми все в порядке, просто… это не совсем обычный случай, – поясняет он, даже не смотря в мою сторону.

– Что значит необычный случай? – переспрашиваю и инстинктивно хватаюсь за живот, хотя он увеличился всего на несколько сантиметров.

– Я все объясню, дайте мне самому определиться, ладно? – Он снова кивает на стул, и я послушно сажусь.

Мне уже совершенно неважно, что этот мужчина – мой случайный любовник. Сейчас я смотрю на него как на свое возможное спасение и того, кто успокоит меня, скажет, что я смогу родить этих малышек.

Мы сидим, кажется, целую вечность, но Матвей приходит в себя первым, снимает трубку телефона и просит сдвинуть записи на час, потому что у него “сложный” случай. На этом слове мои глаза округляются и я, кажется, не дышу.

Однако сразу после звонка доктор разворачивается ко мне и говорит:

– У вас совершенно точно был один ребенок на первом УЗИ.