Асоциальные сети

Марк подумал, что нужно купить беруши. Конечно же, напились вусмерть и весь следующий день лежали в номере, Марк с холодным пивом, Славик – с минералкой и скисшим квасом, не замечая его уксусного оттенка. Славик хотел остаться еще на сутки, чтобы прийти в себя окончательно, но Марк сказал, что можно и весь отпуск тут провести, чего уж там, и вытащил бутылку коньяку. Славик помрачнел, отобрал бутылку, засунул обратно и пошел заводить машину.

Краснодар проехали насквозь, заглянув только в новый парк и на стадион, построенный на свои деньги для города одним местным бизнесменом.

Интересно было взглянуть на плод столь удивительного в наши дни альтруизма. Вышло неплохо, Славик поцокал языком, что у него обычно выражало почти крайнюю степень восторга. Восторг этот относился к самой идее и поступку; конечно, в красоте архитектуры и ландшафного дизайна Славик понимал ровно столько же, сколько в обработке кутикул. Впрочем, и сам город понравился, какой-то тихий, летний, со-всем не похожий на столицу большого края – скорее на провинциальный полис вдали от политических и финансовых магистралей, но зажиточный, с хорошим контингентом купечества. Именно контингентом, купечество у нас по большей части с та-ким волшебным флером в прошлом, в настоящем или в будущем, что их спасает только возможность еженедельно отмаливать грехи в церквах и у администраций.

За Краснодаром вернулись обратно на федеральную трассу М4 и двинули в сторону Туапсе, к первой крупной недельной стоянке.

По сравнению с Краснодаром городок неудачный, неряшливый бетон, разбитый миллионами шлепанцев асфальт и постоянный галдеж. В море полно водорослей и медуз, но это даже к лучшему, больше времени останется на прогулки. Пансион с забронированным номером стоял на отшибе, прислонившись боком к большой, толстой и корявой сосне. Славик задумал сразу же соорудить там штаб из картонной коробки из-под холодильника, валявшейся на заднем дворе, но, упав с первой же ветки, затею оставил как несбыточную и только ходил иногда вокруг сосны и жалобно поскуливал. Марк сразу залез под душ, жуя под струями воды яблоко, а потом завалился спать на свежие и прохладные накрахмаленные простыни в кровать у окна. Они долго спорили по поводу нее, но потом разыграли в дурака, погуглив предварительно правила давно забытой детской игры. Марк выиграл, ну так решили, запутавшись в сложных комбинациях и кипе сброшенных карт.