Чернильный Человек и Девочка с Большим Шарфом

Лишнее прощение

Река, в которую Чернильный Человек и Девочка с Большим Шарфом любили бросать камушки сидя на мосту, замёрзла. Её лёд родился неровным, мутным и шишковатым уродцем, но мы, оставаясь твердолобыми приверженцами традиций, которые сами себе и выдумывали, всё равно решили покататься на коньках именно здесь. Спотыкаясь. Падая. Ударяя колени. Весело смеясь.

Разогнавшись, Девочка с Большим Шарфом запнулась о ледяную кочку и, запищав как птенец, въехала прямо в меня, подспудно окатив остывающим в полёте какао.

– Извини, – замахала она руками-крылышками, – это совсем случайно вышло!

– Ну, – я промокнула носовым платком сладкие капли, и вздохнула, – если не считать того, что тебя и раньше просили не кататься с чашкой в руках, ты не виновата. Так что и прощать не за что.

– В таком случае, – неожиданно твёрдо заключила Девочка с Большим Шарфом, – раз у тебя всё равно есть лишнее прощение, прости не меня.

Она имела ввиду Чернильного Человека, но для него у меня не нашлось лишнего прощения.

Обычная глухота

Однажды, Чернильный Человек и Девочка с Большим Шарфом играли на Рояле. Девочка с Большим Шарфом играла в музыканта, беспорядочно нажимая на все клавиши, которые казались ей добрыми, а Чернильный Человек – в шахматы.

– Мне кажется, те звуки, которые ты издаёшь, не очень похожи на музыку, – сказал Чернильный Человек, делая вид, что он – чёрный слон.

– Я слышала, что музыка – это крик души, – ответила Девочка с Большим Шарфом и резко ударила по белым клавишам локтями, – вот рояль и кричит. К тому же, возможно, у тебя просто нет слуха.

– Скоро его ни у кого в окрестностях не будет, – теперь Чернильный Человек изображал ладью, и потому собирался идти по-прямой. – Прекрати это безобразие, кроха.

Но Девочка с Большим Шарфом осталась глуха к его словам. Возможно, как Бетховен. Возможно, как Морская Звезда.

Порой, к слову, объективным, как дерево упавшее в пустом лесу и не услышанное, как и моё пение.

Быть может, методы Девочки с Большим Шарфом не так уж и плохи?

В конце-концов, если люди не захотят, они всё равно не услышат вас, как бы громко вы ни кричали.