Чернильный Человек и Девочка с Большим Шарфом

На промозглом ветру, в волглой одежде, навстречу холодным каплям. Хотя в прохладный день подобные развлечения неприятны вне зависимости от времени года. Именно поэтому как раз в такую погоду Чернильный Человек и я частенько вешали качели на мощных ветвях садовых деревьев.

– Жизнь – это череда разочарований и боли, – бормотал Чернильный Человек, падая вверх.

– А ведь мы могли остаться дома, – отвечала я, поднимаясь к небу.

– И какая всё же сегодня гадкая погода, – добавлял он, взмывая вниз, и пелена его негодования потихоньку начинала заволакивать двор.

– Но тогда бы нам совершенно не о чем было бы поговорить, – замечала на это я.

А потом выглядывало солнце, и мы отправлялись домой, как всегда не закончив разговор. Мы начинали его частенько, обычно поначалу друг друга не слушая, и каждый раз, стоило нам подойти к моменту, когда до понимания оставалось несколько взмахов, дождь заканчивался. Необходимость разговора пропадала, и он откладывался. До следующего дождя.

Что ждало нас там, в конце этой беседы? Неизвестно.

Но мне почему-то кажется, что если бы мы закончили её вопреки обманчивому тёплому свету, нам не приходилось бы мокнуть так часто.

Оставаться чистым

В чугунной ванной, доверху наполненной грязной водой, величественно восседал Иноземный Учёный. Он весь продрог, его одежда была не только мокрой, но и изрядно перепачканной. Однако Иноземного Учёного это и вовсе не волновало: гордо расправивший плечи, будто молодой Архимед, он замер на пороге истины. Рядом возвышался Чернильный Человек, который задумчиво поливал Иноземного Учёного тушью.

Вид оба имели весьма сосредоточенный.

Немаловажно отметить, что дело происходило в нашем саду, поздней осенью, под большой старой ивой, которая, как казалось, была весьма обескуражена происходящим.

– О, Звёздный Архитектор! – я глубоко вздохнула. – Кто надоумил вас на это?

– В книге Фридриха Ницше «Как говорит Заратустра» написано, что тот, кто хочет остаться чистым, должен уметь мыться и грязной водой, – значимо заявила Девочка с Большим Шарфом, укрывшаяся в ветвях, как обезьянка.

Всё разом встало на свои места.

Мир во всём мире

– У тебя сегодня много работы? – спросила я Звёздного Архитектора, пока тот, разложив чертежи на крышке рояля в гостиной, сосредоточенно вглядывался в вязь линий. – Просто… ну…

– У тебя какая-то просьба? – ответил он вопросом на вопрос, продолжая клониться к переплетениям вселенского механизма, план которого был распластан на ватмане.