Дед, любовь и расстройство психики

Носили бы на шее украшение. Чего тут страшного?

– Страшно стать объектом исследований… подопытным кроликом… лабораторной зверушкой! Или как ещё вы таких называете?! – я вдруг разозлился.

– Обычно. Пациенты. А бездомным не боитесь оказаться? Болезнь прогрессирует. А вы, как будто, сопротивляетесь лечению. Я сожалею, что…

Не стал я слушать его сожалений. Вскочил. Столкнул какие-то бумаги со стола. Выбежал. Медсестру оттолкнул. В общем, некрасиво себя повёл.

Он прав, конечно. Только и склеротикам иногда хочется побыть в одиночестве.

Может оно и к лучшему.

Сел в первый попавшийся автобус и еду.

Туда, где забуду свой адрес.

Потом имя.

Себя.

Вот он – билет в конец, которого я заслуживаю.

Так лучше всем.

Суббота

Он не звонил вчера. И сегодня не отвечает. Сразу поняла: что-то случилось. И тут же в голову ударило: забыл сумку в кино. Я поцеловала его у подъезда. Решилась. И опять почувствовала: прощаемся надолго.

А сумка не мешала. Всегда мешала, но не в четверг. Это точно. Он такой рассеянный.

А я… дура.

Поехала в кинотеатр. Там и правда, нашлась его сумка. В ней телефон: потёртый никому не нужный Самсунг. Всё же приятно, что есть ещё честные люди. Кассирша даже обрадовалась нашедшемуся хозяину.

Последние вызовы: Даша Билет (ну и прозвище…), Артур Лекарь (одно другого краше).

– Алло, Артур? Я звоню с телефона Артёма. Вы знаете его?

– Простите, а кто вы?

Подумала секунду:

– Его девушка.

Он тоже подумал:

– Ожидаю его с минуты на минуту. Было бы неплохо и вам приехать.

Трёхстороннее общение будет ему полезно.

Поехала.

С доктором столкнулись в дверях поликлиники. Крикнул:

– Вы встретили его?!

– Нет. А зачем вы его отпустили?!

– У нас не психиатрия. Никого по принуждению не держим.

– Тогда ясно…

– Что вам ясно?!

Он весь такой нервный. Лысина блестит от пота. Не знаю, как такие людей лечат. Самому бы к врачу сходить не помешало.

Потом чуть успокоился:

– Давайте, выйдем на воздух. У вас есть сигареты? – затянулся жадно, – Попробуйте найти его.

Я не должен говорить, но такие, как он… он может просто исчезнуть. Раствориться!

– Да что у него такое?!

– Склероз. Прогрессирующий…

– Ск… я думала, этим старики страдают. Это точно?

Швырнул окурком об асфальт, погладил лысину:

– Точно. Попробуйте найти, если он вам дорог. А у меня пациенты. Извините.

И я сейчас задумалась: "А дорог?" Листнула дневник назад. Прочла: "Побывочный пункт".

Страшные слова. Нет. Глупые.