Газонокосильщик

Прошло пятнадцать лет и, лежа после операции в больничной палате «люкс», Валька говорил опять о том же:

– У мужчины в жизни две проблемы! Первая – пока ты молод, твой «лучший друг» возбуждается от малейшего дуновения ветра, и ты не знаешь, что с ним делать. И вторая – когда тебе за 40, ты уже знаешь, что с ним делать, но он не возбуждается! Может, это происходит потому, что я уже обожрался всем, чем только можно: машинами, самолетами, катерами, женщинами. Помнишь, у Пушкина:

«Измены утомить успели,

Друзья и дружба надоели…»

Валька всегда охотно и театрально декламировал классиков, но следующие строки он, видимо, забыл, и пришлось продолжить мне:

«Затем, что не всегда же мог

Бифштекс и страсбургский пирог

Шампанской заливать бутылкой

И сыпать острые слова,

Когда болела голова…»

Боже мой, – подумал я, – как мне это близко! Особенно про больную голову!

–Мой отец умер в 75 лет от инфаркта, занимаясь сексом с девятнадцатилетней девчонкой, – продолжил Валька.

 – Он был учителем труда и перетрахал у себя в мастерской почти весь преподавательский состав школы, включая директрису и молоденьких пионервожатых. А я уже в сорок пять не ощущаю никакого оптимизма!

–Скажи мне, что тебя возбуждает, и я скажу, кто ты, – попытался пошутить я.

Валька на мгновение задумался и сказал многозначительно:

– Старик, ты не поверишь, теперь мне приходится прилагать для этого немалые усилия. Иногда я возбуждаюсь на охоте, когда удается завалить какого-нибудь дикого зверя.

В прошлом году я летал в Западную Африку, в Камерун, чтобы охотиться на узкорылого крокодила, и понял, что чем больше угроза самому стать жертвой хищника, тем круче адреналин! Но по-настоящему страшных зверей осталось очень мало.

– Многие эсесовцы тоже возбуждались, когда гнали толпы голых людей в газовые камеры. А Гроссман даже подробно описал, как некоторые арийские ублюдки, глядя на сцены массовых убийств, успешно занимались онанизмом.

– А при чем здесь онанизм? Я давно вышел из этого возраста, – по-детски обиделся Валька.

– Раз ты обожрался всем, чем только мог, может, тебе необходима клизма? – пытался я сострить и перевести разговор в менее серьезное русло.

– Ну, этого добра у меня в последнее время было предостаточно. Ванька, кстати, ты знаешь, что такое клизма с точки зрения коммунизма?

– Нет, даже не представляю.