В пламени осенних листьев

Кажется, пробка рассасывается.

– Хорошо, Денис Андреевич, ждем.

Жанна отключилась первой. Мужчина вернул телефон на пассажирское сиденье и теперь мысленно упрашивал впереди едущие машины двигаться чуть быстрее. Ему никак нельзя сбиваться с графика. Весь день доктора Орлова расписан поминутно. Зачастую времени даже на обед и чашку кофе не хватает. А что поделать? Сам выбирал профессию репродуктолога. А женский организм – вещь такая. Мало того, что непредсказуемый, так еще и процессы в нем проходят строго по времени.

Упустишь лишний час – и все, придется ждать подходящего момента месяц, а-то и не один.

Наконец ему удалось вырваться из общего потока машин. Оставался только один светофор, а там до клиники уже рукой подать. На часах было почти девять. Прием начинался с восьми. Денис уже представлял, какая очередь ждала его у кабинета. И не все настроены благожелательно и понимающе. Неудивительно! Ведь к нему приезжали люди из других городов. И их недовольство задержкой вполне можно было понять.

Едва влетев клинику, Денис промчался мимо регистратуры, даже не поздоровавшись с девчонками.

Хотя им было не до него – очередь занимала почти весь холл. По коридору мужчина пронесся ураганом, ловко лавируя между людьми. Все диванчики возле его кабинета были заняты. Кто-то даже стоял. Он отыскал взглядом молодую женщину с огромными голубыми глазами, в которых сейчас плескался страх. Еще бы! Они с мужем столько лет мечтали о ребенке. Две предыдущие попытки оказались провальными. Этот эмбрион был у них последним. Ну ничего, еще не все потеряно.

– Доброе утро, – поздоровался Денис, сохраняя на лице благожелательное выражение, и даже улыбнулся. – Алла, заходите.

Он придержал для женщины дверь. Муж – сухопарый мужичок с женской сумкой в руках – вошел следом. Жанна подняла голову от телефона, улыбнулась врачу и остановила обеспокоенный взгляд на женщине. Денис тем временем скинул пиджак и облачился в белый халат.

– Рассказывайте, – велел он пациентке, тщательно намыливая руки. – Что у вас стряслось?

По женщине было видно, что она с трудом сдерживает слезы.

Дрожащие пальцы нервно теребили подол трикотажного платья.

– Вчера вечером все было нормально. Ну, может, чуть температура была. Но ведь это же нормально? – она с надеждой посмотрела на Дениса, который уже устраивался за столом напротив нее.

– Для вашего срока допустима температура тридцать семь. Максимум тридцать семь и два, – кивнул он.

– Она и была такой. А утром встала – живот поднывает.