Бретонские легенды

Эрри остановился, восхищенный, и вслушался в песни.

Занятное дело – только губы статуй шевелились, когда они пели по очереди. И песня одной статуи была благозвучной, а голос был звонкий, как стекло. У другой статуи голос был такой, будто звенела бронзовая сковородка или стальной меч. Вот что пела первая статуя:

К нам, чужестранец, подходи,

И в зеркале себя найди,

В зеркале своей души

Все увидишь, поспеши!

И вторая пела на тот же мотив:

К нам, чужестранец, подойди,

Судью ты в зеркале найди,

В зеркале твоей души

Хуже смерти страх лежит

Такие песни не порадовали Эрри: он-то думал, что после того ужаса, который ему пришлось пережить у страшной скалы, ему остались только одни удовольствия.

Но теперь он начал понимать, что, наверное, ошибся, и снова вспомнил о брате. Но долго раздумывать он не мог. Как только статуи перестали петь, ворота замка распахнулись. И хотя Эрри уже не так хотел проникнуть в замок, ему пришлось войти в эти ворота, которые тут же за ним захлопнусь. Эрри оказался наконец в самом замке посреди двора, который не был похож ни на один двор из тех, что ему когда-либо доводилось видеть.

Двор был гораздо больше в длину, чем в ширину, но при этом узким его назвать было нельзя.

Эрри стал было искать кого-нибудь, кто смог бы указать ему, куда идти дальше и куда отвести коня и собаку. Долго ждать ему не пришлось. Неожиданно к нему подошли три человека в синей одежде и красных шляпах. Один взял его лошадь, другой – собаку, а третий взял за руку самого Эрри.

При этом ни один из них не проронил ни слова. Вслед за человеком в красной шляпе Эрри дошел до конца двора, где были еще одни ворота. Там слуга надел на него такую же красную шляпу, которая была у него в кармане, и молча втолкнул Эрри в ворота, выходившие на другой двор.

– Эй, друг, а как же моя шляпа? – закричал Эрри, но дверь оказалась заперта, а человек вместе со шляпой Эрри остался за ней.

Но и тут он не успел оглянуться, как какой-то человек снова взял его за руку. Этот был одет во все красное, а шляпа у него была синяя, но и он, казалось, ничего не слышал и ничего не мог сказать.

Эрри пересек и этот двор. Когда он дошел до третьих ворот, человек в красном сорвал с него куртку и штаны.

– Эй, полегче! – возмутился Эрри.

Но человек бросил на него такой злобный взгляд, что Эрри тут же успокоился и стал послушным, как баран, которого стригут. Теперь он был одет во все красное. Ворота открылись, и удивленный Эрри оказался в другом дворе.