Может, кофе?

Я замерла. Гитары. Темп нарастал. И голос… Потрясающий чистый ласковый мужской голос. Я медленно опустилась на пол, на колени. Я сидела неподвижно секунд десять. Пока не упала моя первая слезинка. После этого я запрокинула голову назад и набрала полную грудь воздуха. Слезы по щекам катились легко как дождь. Я сотрясалась на полу в рыданиях. Я кричала и надрывалась, захлебываясь слезами. И мне не страшно было, что соседи услышат мою истерику, потому что музыка играла еще громче. Барабаны, гитары и клавишные вместе выдавали прекрасную тяжелую музыку.

А бархатный мужской голос гладил меня по волосам и по плечам, целовал мое лицо, постепенно высушивая слезы, укутывал и согревал. Он успокаивал меня. И я поддавалась. Рыдания сошли на нет. Я обессиленная лежала на полу. Я куталась в этот голос и поддавалась сну. Я не спала последние сорок часов, не имея возможности ни закричать, ни заплакать, ни уснуть. В тот момент все это стало для меня возможным. Я засыпала спокойно, с осознанием того, что постепенно обретаю надежду. «Любовь без слез – это сказка… Тебе больно сейчас… И, значит, это было по-настоящему… И, значит, ты настоящая… Ты будешь счастлива снова…» Я наизусть помню эту песню. Конечно, это мой вольный перевод. Текст в песне английский. Ты знаешь, что «WHY» никогда не пели ни на их родном финском, ни на нашем русском…

Марина улыбнулась.

– Наверное, чай уже заварился.

Девушка поставила на стол вазу с конфетами и печеньем.

– Может быть, ты хочешь что-нибудь посерьезнее перекусить? И вообще ты, наверное, с дороги устала, хочешь принять душ? Или поспать?

Вика стучала длинными розовыми ногтями по столу.

– Ты, по всей видимости, шутишь. Я прилетела к тебе на остров не обедать и не в ванне лежать. Я, конечно, не пытаюсь сказать этим, что сомневаюсь в твоей стряпне или что меня не интересует ваша огромная мраморная ванная комната… Еще как интересует… Но! Это можно оставить и на потом. В конце концов, я у тебя на целую неделю. Ты так интересно рассказываешь, что я тебя слушаю, и как будто кино смотрю, так отчетливо картинки в голове рисуются.

Сядь, пожалуйста, оставь попытки меня накормить (я успела объесться в самолете) и продолжай.

Марина снова улыбнулась и послушалась. Она сделала глоток из кружки и, сев по-турецки, поудобнее устроилась на стуле.

– Накануне дня «Х» я решила себя добить. Это была пятница. Я еле ползла домой после трех двенадцатичасовых рабочих дней подряд. Оставался час до прекращения продажи алкоголя в магазинах.