Привет, Роза

Но, что же? Она начинает доставать накладные ногти, две косметички, духи, лак и спрей для волос и много мыльной ерунды типа тоников, кремов и бальзамов с брендовыми названиями. В классе повисла тишина. Зато глаза у всех были широко раскрыты. Похоже на музей восковых фигур. Каждая фигура в своей позе, в определенном репертуаре, только застывшая и из воска. Дали тоже был статуей, но смотревшей постоянно в одну точку и окруженной волнами белой бумаги. В принципе можно сказать, что он был вечной замерзшей статуей.

Ничего бы не изменило его положения.

– Извините, но вы хотите оставить все это здесь? – пискнула Мария.

– А Вас что-то не устраивает, леди? – Леди? Серьезно? Она хоть и ведет английский, но это обращение явно не подходит капризной брюнетке.

– Да не обращайте на нее внимания. Она просто думает, что самая блатная косметика только у нее. Только теперь у Марии есть конкурентка, – Рома не сдержался, он выпалил все на одном дыхании. Класс знал, что сейчас нужно смеяться, но никто не осмелился.

Мария сжала уголки своей парты маленькими ручками, ее щека нервно вздрагивала. Это признак ярой злости. На лбу начинали появляться три морщинки. Парфюм Марии под названием «Злость» тут же распылился по классу. Ненавистно посмотрев на Рому, брюнетка ничего не сказала. Ей нужно время для великого плана мести.

– Значит, Вы – Мария? – прерывает гробовое напряжение Луиза.

– Да.

– Приятно познакомиться, – равнодушно произносит Луиза Вадимовна.

– Мне тоже.

 – На самом деле нет. Глупо видеть со стороны классного руководителя соперницу в делах косметических. Мария сама все это понимает, но иголка сомнения колет ее самолюбие.

– Вот и славно.

Казалось, в кабинете повеяло ледяным холодом. Класс превращается в ледовый дворец. Воск начинает твердеть. Скоро все останутся в безвременье. Колючее дыхание зимы пробивается под кожу ребят. Если так пойдет дальше, никто не сможет растопить мрачный айсберг.

– Так, кто отсутствует? – Луиза Вадимовна не любит сложности и неопределенности, поэтому переводит тему.

Слишком затянулось молчание.

– Да всё те же. – Рома пытается расслабить класс своим беззаботным голосом. Возможно, единственным солнцем для сосулек является именно Рома. Невозможно поверить, но он бывает очень полезным.

– Те же? Конкретнее говорите, я в классе тоже новенькая. – Луиза осматривает класс, будто догадывается, кого же нет, хотя это ее первый день в школе.