Каменная книга

Был Эрмитаж, почему-то сплошной Эль-Греко, сколько ни переходи из зала в зал. А еще Катрин, лежащая в саркофаге Тутанхамона, и я обвожу контуры саркофага розовым мелком на полу…

Настоящей же Катрин становилось все тяжелее – рос живот. Это и здоровой-то бабе трудно, а тут самой даже позу не поменять. Мы с Вадимом помогали как могли, но настроение у нее портилось с каждым днем. Порой она начинала плакать, жалея и себя, и этого будущего ребенка.

– А может, я умру, а вам и молока взять негде… – сказала она однажды и отвернулась в стену.

Вадим вздохнул и вышел чинить капканы.

Чем больше я смотрела на Вадима, тем больше удивлялась, что он мне не нравится. Он хорош собой, довольно строен, заботлив, хорошо хозяйничает. И головой работает, и руками. А главное – он последний мужчина на Земле, и если не он, то вообще никакого… По всем законам физиологии должно тянуть. Но – не тянет.

Я тоже вздохнула и отправилась гулять. Солнце уже начало греть, и оттаяла моя «дорога жизни» – по шпалам вдаль. То там, то здесь попадались проталины, казалось, что иголки на елках стали зеленее, а воздух прозрачнее.

Вопреки обстоятельствам я испытывала душевный подъем, имя которому – весна. Физиологически нормально.

Вот я дошла до поваленного дерева, поздоровалась. Немного посидела, глядя, как белое облако бежит над лесом. И вдруг я увидела то, что показалось галлюцинацией: над лесом летел воздушный шар! Обыкновенный воздушный шар, на которых летают спортсмены, выступают на городских праздниках. Он даже издалека казался большим, а цвет был самый замечательный в мире – оранжевый с голубыми полосами…

Но ведь, если – шар?!… И голова заработала.

Так, значит, никакой Войны нет? А почему не приходит дизель? – А ты проверяла расписание? – А, может, тебя специально привозили, когда дизеля нет? – А тот поезд? – Обыкновенный товарный поезд, который ходит раз в полгода, или в год, такая редкая ветка… Сердце выпрыгивало из груди. Но я пошла к дому нарочно спокойно, на случай, если меня видит Вадим.

Но Вадима не было, он как раз ушел обходить капканы.

Дрезина была на месте. Если вскочить на нее сейчас, через 3—4 часа я буду на большой дороге. Еще километров 200, и начнутся первые поселки, а через 300 будет город. Если повезет, дизель меня подберет раньше… Скорее бежать…

Я зашла к Катрин.

– Я должна тебе сказать… Вадим нас обманывает. Никакой войны нет. Я видела воздушный шар…

В глазах Катрин забрезжила надежда:

– Возьми меня с собой!

И я взяла.