МУАР

Ольга Филиппьевна осталась дома, надеялась, что не тронут, но ее, вместе со всем скарбом, изъятым из дома, заперли в чужом сарае, где она сильно простудилась, заболела и смиренно ждала смерти. Потом допрашивали люди из НКВД, искали мужа и детей, впивали под ногти иголки. Она молчала. Все дети, кроме Александры, проживавшей со своим мужем в Муфтюге, ночью успели уплыть на плоту вниз по Вашке. И разъехались, кто куда: Агния оказалась в Нарьян-Маре, Августа – на Украине, в Виннице, Клавдия вышла замуж за военного и уехала в Германию, вернулась в Россию только в девяностые годы и жила в Волгограде.

Анна с братом Александром попали в концлагерь «Воркуталаг», пять лет строили железную дорогу Воркута-Лабытнанги. После лагеря Анна и брат Александр вернулись в родные места.

Александра, узнав о доле матери, запрягла лошадь в сани и помчалась в Малую Пучкому, пробралась в сарай через хлев и вынесла маму на руках. Ольга Филиппьевна была уже без памяти. В Муфтюге Саша спрятала маму в коровьих яслях, выходила ее свежим молоком да настоями из трав.

Николай Никитич продолжал скрываться в избушке на Ежуге. Александра бегала туда ночами на лыжах, тридцать километров туда и обратно, приносила еду. Но нашлись люди, что выдали-таки ее родителей властям. Вместе они попали в концлагерь «Нижний Чов». Ольга Филиппьевна вскоре ослепла, ее освободили, и каким-то чудом она смогла вернуться в Муфтюгу к Александре. Полгода добиралась. Но пожила потом недолго, умерла в 1949 году. Николай Никитич скончался в лагере в 1942. Те тяжкие годы изредка потом вспоминала Александра, но, если уж заговаривала, то без злобы и ненависти, повторяла только: «Землю жалко, отдали лентяям. Никто не обрабатывает».

Марию Николаевну судьба определила в деревню Стеклянку Грязовецкого района Вологодской области. Не было дня, чтобы она не грустила и не плакала по родителям, брату и сестрам. Надо было как-то жить дальше. Все купеческие дочери Шлоповы были крепкими, так как были приучены и к мужской, и к женской работе с малолетства. Трудолюбивая, видная, с густой длинной косой, Мария приглянулась местному священнослужителю Николаю Быкову.

Объединила их с Машей и непростая судьба.

Тринадцатого марта 1931 года по обвинению в «контрреволюционной агитации и участии в контрреволюционной группировке церковников» студент Великоустюгского политехнического техникума Быков Николай Степанович был арестован. На тот момент ему было двадцать восемь лет. Осужден был двадцать восьмого ноября сроком на три года.