Жизнь как миг

Жизнь как миг

Наталья Ожередова

Жизнь быстротечна. Это понимание мира приходит к нам с годами. А вокруг происходит столько событий! Мы встречаемся на жизненном пути с огромным количеством людей. И жизнь каждого – роман. Мне просто захотелось рассказать вам о моих бабушках, о мире вокруг меня. О тех событиях, которые происходили в моей жизни – служба сына в армии, рождение внучки. И просто о том, что приснилось мне во сне.

Жизнь как миг

Наталья Ожередова

© Наталья Ожередова, 2019

ISBN 978-5-4496-3266-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Лизонька, Лизка, Лизавета, Елизавета Павловна.

История одной семьи

Нашим бабушкам, пережившим революцию,

Гражданскую и Отечественную войны,

репрессии, разруху, ПОСВЯЩАЕТСЯ…

Лизонька

Год 1918, 20 октября

В маленькой удмуртской деревеньке промозглой ночью, когда непонятно что творится на улице – или зима, или осень, – помятая старуха вышла на улицу и, сжав маленькие кулачки, зарыдала.

Взахлеб, без остановки, качая сморщенным личиком. Протяжно всхлипнув, вдруг замолчала и, резко повернувшись, почти побежала в дом. А там, в добротной избе-пятистенке, на полу, у кровати, залитой кровью, рыдал молодой мужчина. На кровати лежала его скончавшаяся жена. Тело ещё не остыло, и Павел (так звали мужчину) все гладил ее руку, такую теплую, мягкую, родную. Его Лиза оставила его. Его, который любил ее, который не мог представить жизни без нее. Без ее мягкого смеха, тихой походки, нежной улыбки.

Он долго не мог понять, что говорит ему бабка-повитуха. Голова стала пустой и гулкой – никаких чувств, эмоций, мыслей. Он не желал никого ни слышать, ни видеть. А особенно того, кто стал причиной смерти Лизы. Его даже не интересовал пол ребенка. Какая разница – мальчик это или девочка, голубые глаза у него или карие, жив он или мертв. Он ненавидел его! Лучше бы его совсем не было!

А может быть… Да! Именно так он и сделает: «Этот ребенок уйдет вместе с матерью туда, откуда не возвращался еще никто! Пусть он никогда не увидит солнца, не услышит шума листвы в лесу, не зачерпнет воды в речушке, что течет возле деревни… Пусть! Пусть! Пусть!»

Он бежал с ребенком по деревне.

Остановился у колодца. Все. Здесь. Сейчас. И вдруг он увидел глаза того, кого хотел убить. Пронизывающий взгляд зеленых глаз, проникающий в самое сердце, в самую душу. Взгляд не новорожденного. Взгляд умудренного жизнью человека. Эти глаза не укоряли, не умоляли, не ненавидели.