Благословенно МВИЗРУ ПВО. Книга шестая

В настоящее время работаю над её совершенствованием и никому ничего давать не собираюсь. Это во-первых.

Во-вторых, работа имеет гриф «секретно». Всё. Разговор окончен».

Валерка толкнул ответную речь, в которой сказал о значимости работы для науки, о многом хорошем, присущем самому Петровскому…

«Мы уверены, – закончил он, – что Вы окажете содействие укреплению обороноспособности нашей великой Родины!» Уже были не Сталинские времена, но Петровский дрогнул:

«Хорошо. Завтра принесёте допуски к секретным работам, а я дам разрешение, и вы получите в секретной части института мою работу.

В качестве исключения и без права копирования»

Мы ещё не успели восторжествовать, как он добавил: «Получите ровно на пятнадцать минут».

Мы ушли в раздумье: «Что делать? Ведь пятнадцать минут нам ничего не дадут!»

На следующий день я даже не хотел идти в институт, но Мостивой настоял: «Надо!» Получили в училище допуски к секретным работам и пошли.

Секретная часть института была маленькой комнатой с одиноким столом.

В ней никого. Постучали в небольшое окошко стены, и оно распахнулось. В окне просматривалась седая голова старушки – секретчицы. Она была в курсе, и, выдавая работу Петровского, предупредила:

«Садитесь за стол. Переписывать ничего нельзя. Засекаю пятнадцать минут…»

Работа была формата А 4, но её толщина была ужасна. Стол, за которым нам предстояло работать, из окошечка секретчицы не просматривался, так как прилегал к стене сбоку от него.

В работе мы опустили вступление – сразу перешли к алгоритмам.

Только я собрался их посмотреть, как Мостивой прошептал:

«Листай по команде» и… достал фотоаппарат.

Свою старенькую «Смену – 2», с которой не расставался все пять лет учёбы. У меня не было времени и возможности испугаться, зная, что за это положено.

Я начал листать. Мостивой – фотографировать и кашлять при каждом снимке. Его кашель не позволял секретчице услышать звук перемотки пленки, ведь нас от неё отделяла только тонкая стена.

После нескольких сделанных Мостивым снимков секретчица громко пробурчала: «Надо лечиться, а не разносить заразу» и захлопнула окошко.

Работать стало легче, но вскоре закончилась пленка. Сделано было 36 кадров, а алгоритмов более сотни.

Запасной пленки Валера не взял, да и не успели бы. Операция прошла успешно. Нас никто не застукал, а в отведенное время мы уложились.

Теперь мы молили Бога, чтобы получились фотографии.

Они получились.