Благословенно МВИЗРУ ПВО. Книга шестая

Анна предупредила – мы должны пройти под ним. Полезли. Во время этой церемонии мне ударили по темечку подносом.

Считая деда не удержавшим хлеб-соль, я буркнул: «Поаккуратней». Мне объяснили – это сделано, чтобы мы были богатыми… Обычай такой.

Олигархом я не стал. Думаю, виноват дед – слабо долбанул….

Белорусские ритуалы преследовали меня даже когда сели за стол. За столом был самый впечатляющий.

К молодым выстроилась очередь гостей с подарками.

Передо мной поставили поднос, на котором стояло рюмок двадцать наполненных водкой!

Гости поочерёдно подходили к нам, вручали подарки.

С «хозяином» (главой) семьи, которая уже вручила подарок, я должен был выпить, взяв рюмку с подноса.

Подарки дарили хорошие, и я, дабы не обижать гостей пил по полной рюмке.

Когда прошло пять семей, и я выпил со всеми, то увидел округлённые глаза Анны. Посмотрел на выстроившуюся очередь гостей – она заканчивалась на улице. Я понял – не выдержу…

Оказывается поднос с рюмками для гостей, а мне надо пить из моей рюмки.

Можно не по полной.

Гостей было 149 человек. Столы стояли вдоль всех комнат дома. На мясо забили кабана и зарезали телёнка. Самогона сварили 80 литров, не из экономии.

Родители Анны предупредили, что деревенские не пьют другого напитка. Мы всё же заготовили несколько ящиков фирменной водки – «беловежской» и несколько ящиков вина. Почти всё осталось. Эти напитки употребляли только наши с Анной сокурсники и друзья.

Употреблял и подполковник Мачула.

Жена через пару тостов пить ему запретила, и он перестал. Перед ним стояла одна рюмка, из которой он после тоста выпивал по полглотка.

Но воды он пил много – трижды просил Трёкина принести холодной, «ключевой водицы» из колодца. Тот бегал на улицу и приносил ему воду в здоровенной эмалированной кружке.

К полночи Мачула почему-то «поплыл», а его жена удивилась – ведь он очень мало выпил!

Не удивился только Трёкин.

Потом он нам рассказал, что в кружку входит полторы бутылки «беловежской».

А о его действиях «по доставке воды» он был проинструктирован Мачулой заранее.

Из подарков на свадьбе запомнилась гора льняного белья, которым мы очень долго пользовались.

Запомнился подарок моих родителей, потому, что он произвёл фурор среди деревенских жителей. Они подарили мне ковёр и торшер. Торшер был фундаментальный, хромированный.

Папа не надел на него абажур, и деревенские решили, что это зубоврачебный агрегат.