Тяжёлая жизнь женщины

Олег с секунду размышлял, но всё же взял в руки нож и начал мелко нарезать лук. Хоть и держал он правильно, но нарезать получалось крайне не уклюже, что Лиля иногда смотрела на руки мужа и корчила гримасу в испуге за его пальцы. Пока резал, он молчал. К концу он умыл красное лицо он слёз и сказал:

– Я хотел сказать, что Жанна была хорошей женщиной.

– Ты это уже говорил.

– Ну, то есть, мне жаль из-за того случая, когда я был пьяный, ну ты помнишь…

– О чём ты?

– Ну тот случай у них дома, когда ещё ты пришла потом…

– Не понимаю тебя.

 – Сказала Лиля и положила почищенный картофель в кастрюлю с холодной водой.

– Чего ты притворяешься? Помнишь же всё! Хочешь, чтобы я это вслух повторил? Ладно!

– Не умеешь ты извиняться.

– Ой, иди ты…

Олег сорвался с места и вышел из кухни. Лиля даже не взглянула в его сторону, она продолжила чистить картошку.

В кастрюлю полетели все ингредиенты для супа, и оставалось дождаться минут двадцать, чтобы суп приготовился. Олег вернулся на кухню и снова сел на то же самое место.

– Ладно. Извини меня за тот случай, когда я случайно ударил твою сестру в лицо. Я был пьяный. Мне очень жаль. – Проговорил Олег на одном дыхании не поднимая головы.

Он вышел из кухни. Лиля посмотрела вслед за мужем и тяжело выдохнула. Она расправила плечи, вытянулась во всю длину и пошла заваривать чай.

После ужина Алексей первым вышел из-за стола, за ним последовал папа, но Стасик задержался. Мальчик всегда кушал мамину еду с удовольствием, он первым начинал кушать и первым заканчивал.

Если никуда не торопился идти играть, то часто просил добавку, потом мог несколько минут стоять и нахваливать мамину еду, а Лиля слушала с улыбкой до ушей. Но в этот раз было всё иначе. Стас как присел за стол, так перемешивал большой ложкой суп, набирал в ложку бульон и выливал обратно. Сначала он дул на бульон, будто бы суп жутко горячий, потом играл с маленькой морковкой в «поймайку», и мальчик несколько минут безуспешно ловил её. Мама сразу приметила странное поведение сына, но ничего не говорила, пока все остальные не ушли.

Она видела такую же скорбь в зеркале, что и на лице сына.

– Сынок, почему не ешь?

– Не хочу. – Ответил Стасик, но никуда не уходил.

– Чаю хотя бы попей. Вон и печенье есть.

– Мама, я не хочу!

Про болезнь тёти Жанны Лиля не рассказывала, потому что была уверена, что чёртова болезнь отступит, но, когда сестра померла, ей пришлось всё рассказать младшему сыну.