Визитка. История одной опечатки

– Ну, подгребай, поговорим.

– Да я накатил уже…. Может, ты подъедешь?

– Ладно, жди, – после некоторого молчания согласился Ледяй. – Я все равно по делам в твою сторону скоро.

Вид Ледяя, уверенного и готового к решению любых проблем, всегда вызывал у Юлия Петровича успокоение. Сколько лет знал он его, и ни разу не видел, ни грустным, ни растерянным. Догадывался, что это зачастую игра, но предпочитал принимать ее на веру.

Ледяй приехал быстро.

Юлий Петрович едва успел пропустить пару стопок.

Когда Ледяй вошел, Юлий Петрович порывисто шагнул ему навстречу, как к спасению, к защите, и тот принял его, приобнял, ободряюще похлопал по спине.

– Сочувствую тебе, Юлик! Слышал, корень твой разбился. Как все случилось? Ты за это хотел поговорить?

– Нет. Сейчас. Давай помянем сначала…

Они выпили за упокой Мишкиной души.

– Надгробие советую у Марата заказать в «Реквиеме», – сказал Ледяй.

 – Эта чурка недавно партию бадахшанского мрамора получил. Ушлый черт! Ухитрился вывезти через пограничников военным транспортником! Но теперь все. Лавочку прикроют скоро. Границу сдают, – Ледяй усмехнулся и посмотрел на часы. – Я, Юлик, вообще то, спешу. Выкладывай свой головняк.

– За Валькой надо последить, – стараясь смотреть в сторону, сказал Юлий Петрович. Глаза Ледяя удивленно округлились, но он промолчал.

– Есть у меня подозрения. Надо их или опровергнуть, или подтвердить. Она сегодня едет на турбазу «Юность». Там шабаш какой-то бардовский…. Хочу знать, с кем она там будет, и как проведет время. У тебя же есть ребята, которым труда не составит попасти, и которые болтать не станут?

– Ты меня, Юлик, конечно, извини, – покачал Ледяй головой. – Но я даже не представлял, что ты такой п.

.страдалец! У тебя друган всмятку лежит, а ты о бабе своей сейчас кручинишься!

– Сделаешь? По дружбе? Расходы все, конечно, оплачу. И кабак за мной.

– Ладно. Договорились, – бодро ответил Ледяй, с насмешливым прищуром посмотрев на Юлия Петровича.

Глава 5

Ледяй, Ледяй! Он же Леонид Александрович Ледостаев. Легенда городского масштаба. И как всякая легенда туманная и полная домыслов.