Маленький Лох-Несс. Повести и рассказы

«Господи, помилуй!». «Боже, будь милостив к нам, грешным!» «Пресвятая Богородица, спаси нас!» – слышалось отовсюду.

Артиллерия и авиация постарались на славу: закидали всё русло Волги на десятки километров, все местные водоемы снарядами и бомбами. Волга вышла из берегов – столько в ней вдруг всплыло трупов, однако сопротивления никакого оказано не было. Ничто больше не уходило под землю и не возносилось на воздуся. В ознаменование победы было приказано звонить во все колокола; сначала они звонили тихо, приглушённо, однако затем, когда выяснилось, что никаких «гёзов» среди выловленных трупов обнаружено не было – одни только воры да бандиты, присланные не только с Москвы и Каспия, а даже с Дальнего Востока и Сахалина, звон их стал растекаться в полную силу.

Что же до капитана Рублёва, то он загадочным образом исчез куда-то загодя вместе со всеми своими людьми.

Что же ещё можно рассказать в назидание?

Юрий Денисович благополучно отбыл, куда и планировал, никто ему о проявленной им строптивости никогда не напоминал.

Родион Славкин из администрации ушёл, ныне писательствует в местном масштабе, определившись, чтобы больше было свободного времени, в церковные сторожа.

Место Ломова унаследовал Гунявый, только что вернувшийся из заключения известнейший в городе рецедивист, но вскоре он был пристрелен тем самым киллером из Краснорецка, а местным «папой» стал в итоге Митя Процент.

Город Нижнекопьевск так и не попал в Золотое колечко, но ещё долго действовала созданная Юрием Денисовичем панорама, в заключение экскурсии по которой тихим и страшным голосом рассказывалась история капитана Рублёва и созданных им чудовищ, из-за которой, собственно, туристы и приезжали.

Но даже избранному главой города, прославившемуся на весь мир, вору-диссиденту Боре Гридину не удалось удержать этот интерес надолго. Наталкивался он во всём постоянно на какое-то таинственное противостояние сверху. Как видно, слишком многим хотелось стереть в памяти людей любые воспоминания о мятежном городе, «речных гёзах» и их предводителе.

Валя Попокин, в очередной раз отличившийся репортажем с места событий при атаке военных и великолепными съёмками заполонивших огромную реку трупов, совсем было загрустил, когда неожиданно получил по почте вызов из Америки от миссис Ривер-Озерецковски, после чего отбыл туда без особых размышлений вместе со всем своим выводком, даже тёщу прихватил.