Зорох

Лежа в своем шалаше, Краогор молча выслушал приказ молодого вождя и, соглашаясь с ним, моргнул болезненными мутными глазами. Новый вождь мог отменять решения старого. Законы племени позволяли это и после оглашения, никто из членов сообщества не имел права их оспаривать.

Как и муж жена не проронила ни слова, лицо Найи оставалось холодным и беспристрастным, но, как только советники ушли, глаза девушки вспыхнули, а губы растянулись в странной жестокой усмешке.

– Какой ты мужчина? – прошипела она. – Какой-то мальчишка, который еще и копье в руках держать не научился, хочет убить твоих детей, а ты лежишь, как выпотрошенная рыба на берегу, надеясь поскорее бы здохнуть.

– Женщина, – сквозь зубы прорычал Краогор, засунул руку в угли почти погасшего костра, и медленным, слабым движением бросил несколько из них ей в лицо.

Найя успела увернуться, она отодвинулась подальше от огня и от мужа, ткнулась спиной в одну из палок, служащих остовом шалаша.

– Они должны уйти сегодня, – требовательно произнесла она.

 – Им надо бежать прямо сейчас. Куда угодно – на Восток к Бескрайнему морю, на Юго-запад – к Бескрайней долине, на Юг, еще куда-нибудь, но только ни здесь… Здесь им оставаться нельзя. Твои сородичи убьют их…

– Они останутся здесь, женщина, – слабым голосом произнес Краогор. – Племя решило бросить их в Жертвенный вулкан, значит так тому и быть. Не тебе женщина отменять решения совета. Я не желаю слушать тебя больше. Замолчи, или я позову старую Илду, и она заштопает твой рот своей большой иглой.

– Тебя не услышат, – тихо сказала она. – Орлиные когти племя трусов и предателей. Вы напали на «ледяных» когда мужчины были на охоте. Вы поступали так всегда. Вы не деретесь честно, вы презираете друг друга, вы не уважаете отцов и попираете собственных богов. Я ненавижу вас. Глупые трусливые псы. Вы говорили о великом будущем, и обещали защищать моих детей, а теперь ни величие, ни обещания вам не нужны. Вы просто пытаетесь спасти свои бесполезные жизни. Вы нашли самого ничтожного из мужчин и сделали его своим вождем.

Вам стыдно вымаливать прощение у «Острых камней», но этот юнец Тагорм прикажет, и у вас не останется выбора, и вы сможете вылизывать им ноги, не теряя достоинства.

– Тагорм думает только об интересах племени, женщина. Он прав, а ты… – Краогорм с трудом поднялся на локтях. – Ты всегда была нашим врагом… всегда презирала нас… Когда ко мне вернутся силы я убью тебя.

– Хорошо, – согласилась Найя. – Убей меня, но детей ты отпустишь.