Напрасная игра

Ему трудно было смотреть ей в глаза, и он снял очки, потому что так все расплывалось. Он начал ей что-то говорить, и когда она поняла, о чем идет речь, то выпрямилась и прервала его:

– Почему вы так верите этим врачам? Сколько это будет стоить?

– Вам это не будет стоить ничего, мы все расходы берем на себя.

– Нет, мы не дадим нашего согласия.

Габриэль надел очки и недоуменно уставился на нее:

– Но почему? Из-за денег? Послушайте, фонды ведь существуют именно для этого, мы…

Она замотала головой:

– Нет, дело не в этом.

Софи выздоровеет, я молилась все эти дни Господу, и он услышал меня.

Она говорила почти шепотом, но с такой силой, что Габриэль начал понимать, что никакими доводами до нее не достучаться, но все же попытался:

– Давайте не будем сейчас ничего решать. Врач уже ушел, но вам нужно обязательно с ним поговорить, хорошо?

Старушка дотронулась до его руки:

– Молодой человек, мы вам очень благодарны за все, что вы делаете, правда. Но, пожалуйста, не нужно меня уговаривать, я уже все решила.

Ему ничего не оставалось, как попрощаться и уйти.

5

Утро выдалось ясным и солнечным, каким оно бывает в особо морозные дни. Контуры заснеженного Арарата, словно голограммой нависшего над городом, выделялись так четко, что казалось, будто библейский исполин находится совсем рядом. Он просматривался отовсюду и гипнотизировал, надолго приковывая взгляд. Несколько небольших ярко-белых плотных облачка как будто вмерзли в ледяную синь неба на уровне нижнего хребта, делая пейзаж похожим на бесчисленные идиллические картины, продававшиеся туристам по выходным дням на вернисаже.

На улице уже было много машин, люди торопились делать последние новогодние приготовления, и Габриэлю потребовалось немало времени, чтобы добраться домой. Парковка находилась недалеко от девятиэтажного дома, но он успел основательно продрогнуть и, как только переступил порог, быстро разделся и залез под душ.

Под горячими струями Габриэль чувствовал, как холод, напоследок покалывая тело мелкими иголочками, уходит, уступая место теплой истоме.

Насухо вытершись, он надел халат, достал из холодильника бутылку пива и устроился на большом диване, включил на музыкальном центре Pink Floyd и, нацепив на голову наушники, взял в руки валявшийся на диване фолиант, открытый на книге пророка Осии.

Такая комбинация – пиво, неземная музыка и тексты, написанные тысячи лет назад, – помогали ему расслабиться и принять верное решение.