Середина земли

А если человек зла в душе не таил и доброту свою делил со всеми, ему и помирать легко. Ну так, о чём я. Колодец на три дома ниже. Вёдра в подполе. Баньки нет. Посудка чистая в шкафу. Розетка рабочая только на кухне. В шкафу удлинитель лежит. Если что приходи, я живу в третьем доме. Это пятый. Печь если буш топить, меня позови. Если меня не будет. Иди в первый. Там Мишаня живёт. Он тебе подсобит. Самодеятельностью не занимайся, а то хату спалишь! Вопросы есть?

Вопросы были только у меня. Антон был увлечён разглядыванием деревенского убранства.

Мы вернулись обратно в запущенный двор, и я спросил:

– Выехать отсюда как?

– Жека, извини моя, но только в субботу. У нас тут ни у кого машины нет. Маршрутчик ездит. Толян. Он кого надо в город возит. Утром в Романовку. До заката назад. Нам в принципе ничего не нужно. Всё своё.

– Мне отметку нужно поставить о прибытии. Я военный.

– А я, почему-то так и подумал. Видно, по тебе. Стрижка. Выправка, как перед генералом. Ну ничё поделать нельзя.

Через нас автобусы не ходят. Богом забытый край.

– Ни богом, а государством.

– Мы не жалуемся. Кто хотел, тот уехал. А кто остался, тот живёт. Не каждый для жизни на земле слажен. Если кто проезжать будет, я сразу к тебе. Сам я, в армейке не был, но понимаю. У вас там как в тюрьме. Две тысячи с вас, мужики.

– А панельки те в конце? Они жилые? – спросил Антон.

– Не. Их ещё до меня построили. При Андропове. Думали тут колхоз сделать. Ветхое снести, общежития поставить. С удобствами.

А потом забили. Земля сырая слишком. Подтопляет часто. Даже картошка не растёт. Хотели китайцам продать. В конце девяностых. Рапс да рис сеять. Те приехали, поглядели-походили и обратно. Не понравилось чего-то. Вот и посуди. Толи Бог бережёт. То ли знать не хотит. В домах тех ни воды, ни канализации нет. Один мусоропровод поставить успели. Вы, мужики, туда не шарьтесь. Там всё старое. Гнилое. Плиты обваливаются. Аварийка.

– Да. У нас пол страны таких авариек.

– И в них ещё и люди живут.

– Да у нас на вторчике стоят и то хуже!

– Хорош трепаться, Жека! А то как бабки в передаче у Малахова. – пробурчал Антон, закатив глаза.

Андрей взял свои две тысячи за месяц, оставил ключи и ушёл, гремя ведрами.

Антон, не распаковывая вещей, достал ноутбук и принялся переносить наброски из тетрадки. Я прошёлся по дому, проверил печь, замки, окна. Антоха уже настрочил добрых две страницы. Я встал за его спиной и, украдкой, прочитал немного.