Adelante, Гончар, adelante

Виталик клонился в сторону выхода. Превысив допустимую алкогольную норму, он боялся себя вести. Не замечая, как его маленькую фигуру потихоньку затмевает Ритина тень.

Дружинин попытался развеселить полную блондинку и, отчаявшись, купал пальцы в рассоле, вылавливая последний помидор. Потом сошелся-таки с блондинкой на почве грибов. Это оказались ее маслята, собранные под Кингисеппом. Сам он был родом из грибосодержащей Карелии.

Выпивка кончилась на самом интересном месте. Которое у каждого из участников застолья было разным.

У Глеба с Леной – гидрометеорогические перспективы.

У Риты – Виталик.

У Виталика – дом.

У Дружинина – надушенная ложбинка между тяжелыми блондинкиными грудями, где Дружинину хотелось провести ночь.

У блондинки, в свою очередь, – засолка черного груздя.

Влад с Оксаной хотели одного и того же. Чтобы сосед Влада не пришел ночевать. Хотя открыто этого сказано еще не было.

В общем, надо было идти за водкой.

– Мы сходим, – вызвался Глеб, и Лена кивнула в знак согласия.

Через десять минут они были на улице.

– Наверное, надо было взять зонт? – посетовала Лена. В последние дни слякотно потеплело.

– Тут недалеко, – сказал Глеб.

– Может, пройдемся немного, – предложила Лена – Я бы капельку подышала…

– Конечно… Но сперва в магазин.

Моросило. Они медленно шли по бульвару. В руке Глеба болталась авоська, из которой торчала бутылка.

– В общем, я люблю бродить… – рассказывал Глеб.

– Я тоже, – подтверждала она. – Я просто еще не очень освоилась… Рита гулять не любит, Танька вообще домоседка.

– Танька – это кто? – спросил Глеб.

– Ну Таня – которая красивая… В очках.

Так оказалось, что у Лены и Глеба разные понятия о красоте.

– И что она дома делает? – заинтересовался Глеб.

– Читает.

– Читает? – впечатления книголюба блондинка не производила.

– Да всякую… – Лена не находила слов, чтобы обругать книжную продукцию.

– А ты… читаешь? – вдруг спросил Глеб. Если бы Лена читала, то вопрос мог получиться некорректным.

– Да читала тут… Времени нет! Пока одно, потом другое… – на улице Лена осмелела.

– Ну да, – неожиданно подтвердил Глеб.

Морось все больше становилась похожей на дождь.

Вернулись они, кажется, вовремя, встреченные возгласами: «Ну наконец-то!».

Все, что было дальше, – затянувшаяся прелюдия.

Ушел к себе Влад, уводя с собой за ручку осоловевшую от водки и ласк Оксану.