Записки Ё

Хоть иди в какой-нибудь ЦДРИ! Тут же сидела со мной девушка, которая рассказывала, как работая официанткой, вливала вместо «Парламента» какую-ту бурду в графин на банкете. Страна уродов!

Про Сталина

В Сталине есть одна удивительная черта – он бесстрастен. Сколько не смотрю с ним хроники – одно и тоже выражение лица – апатия с хитрецой. Никаких других красок вообще! Что Ялта, что перед войной, что после. Косноязычная речь, плохо различимый голос, никаких интонаций, никаких особых жестов, точнее сказать, вообще никаких жестов, никакого повышения голоса или интонации.

Был один момент в нашей истории, мягко сказать критический, в начале ноября немцы подошли к Москве на 30 км. Был парад 7-го ноября. Сталин выступил перед народом. Что это – Петр Первый? Суворов? Много слышал об этой речи. Впервые Сталин, у которого дрогнуло очко, сказал «братья и сестры», вспомнил Дмитрия Донского и Суворова. Должны были слезы на глазах навернуться у миллионов людей!

И вот хроника. Опять та же бесстрастная физиономия, та же косноязычная глухая речь, как будто по бумажке написанное еле выучил наизусть, та же полуулыбка и мутные поросячьи глазки, как будто ничего из происходящего его не трогает по– настоящему.

Что-то прогукал в микрофон утробным голосом, точнее сказать, пробубнил. И это нечто претендует на право иметь какие-то нервы?? Это какая-то креатура инопланетян, которые управляли за его спиной.

Это мелкий лавочник на гребне партноменклатуры. Его вынесло волной, а дальше надо было только дуть в усы и бояться за свою шкуру.

Это начало череды убогих правителей России. И даже не он расстреливал и сажал. Он нейтрален. Он даже спасал кого-то – Булгакова, Пастернака и т. д. Расстреливало время, НКВД, логика революции, а он всего лишь гладил усы и щурил поросячьи мутные глазки, как на хронике!

Никогда ни историки, ни ученые не поймут эту личность ни с положительной, ни с отрицательной стороны, потому что личности просто не было. Все диктовало время. Можно, конечно, и у него найти поступки – отказался, например, менять своего пленного сына на немецкого генерала.

Но, во-первых, на сына и на жену ему было плевать, (на ее похоронах после самоубийства его даже не было, она «нанесла удар ножом в спину революции»), а во-вторых, по-другому нельзя было – реноме лидера государства пострадало бы. Если у Ленина еще была какая-то страсть, если у Гитлера была страсть, то у Сталина ее не было. Это уже отряд членистоногих в политике. Человек системы.