Семейная хроника. Том 2

Чтобы копнитель комбайна не сломался и не вызвал остановку всего комбайна, комбайнёр или штурвальный выбрасывают солому из копнителя раньше ряда. И они остаются не убранными волокушей. Не будут же два дизеля гоняться с волокушей за каждой копной! А что делать нам при пахоте? Объезжать? На этот счёт у Толи была инструкция. Он сказал:

– Ни в коем случае! На следующий день учётчик заставит перепахивать. Будем жечь и запахивать. И мы жгли то, что мешало пахоте. Вот почему на полях светятся костры там, где ночью пашут тракторы! Копна сгорит, но куча жара от сгоревшей соломы ещё не раздута ветром, если тихо.

Как её проехать?!

Вот тут нужна смелость! Толя учил меня:

– Делай, как я! Не отставай и тогда будешь цел! Береги брови и глаза. Ни в коем случае не выпрыгивай из трактора! Сгоришь! А он тебя вывезет! Солярка не бензин, не взорвётся. Если загоришься – успеешь погаситься.

На всякий случай влажные места от солярки мы протирали. Он на меня посветит фарами, я на него.

После этих инструкций он первым нырял в огонь. Ну, а я за ним. Мне с ним было спокойно. Я был готов, не раздумывая, и в огонь и в воду! Что творилось в этот момент в кабине? Теперь можно представить, что такое ад! Жар от сгоревшей соломы заполняет всю кабину, несмотря на то, что перед этим броском мы закрывали дверцы. Ничего не видно. Дышать нечем. Закрываешь лицо руками, чтобы брови не обгорели. Смотришь через пальцы, когда же свет от фар будет заметен! Толя отъезжал подальше, чтобы я на него не налетел, останавливался и ждал, чтобы в случае чего помочь погаситься:

– Ну, что живой?! Штаны сухие! Не выпрыгнул из них от страха?

Я первое время боялся, а потом привык.

Действительно со временем стало не так страшно, как в первый раз!

Мы жили по четыре человека на квартирах. Как только я познакомился с Толей, Дворянчиковы забрали меня к себе. Толя приехал и сказал:

– Забирай свои шмотки, и будешь жить у нас.

Жили Дворянчиковы скромно, но чистенько и аккуратно.

Крашеные полы, самотканые дорожки и половички. Толина мать (тетя Федора) такая же сухонькая женщина, как блокадница Ираида Петровна Левина. Она заботливо кормила нас с Толей. Иногда к ней приезжал старший сын – Георгий Иванович (он жил отдельной семьёй) и привозил продукты. Прошло столько лет (2013 – 1959 = 54 года), а хорошие дела помнятся до сих пор до мельчайших подробностей. Фамилия Дворянчиковы была Кевденская не случайно.