В поисках Галатеи. В семи книгах

К тому же Нина оказалась хорошей женой – любящей, терпеливой, заботливой, следившей за тем, чтобы профессор С.Н. Меркулов был ухожен, чтобы у него всегда имелась свежая рубашка, и блестели туфли. Она еще в юности видела своим мужем человека достойного, уважаемого и создавала его таким. Нина взяла на себя весь нелегкий московский быт, чтобы Сергей не отрывался на обыденность. Как во многих московских семьях дом держался на ней.

Московская квартира у них была небольшая, уютная, но они не тяготились ее размерами (дети-то уже жили по своим «углам» в разных концах Москвы, все равно доставляя головную боль своими семейными «сюрпризами») – зато просторная дача в поселке «Электроников» на участке в двенадцать соток – Сережа приобрел два смежных по шесть соток и объединил их – радовала по настоящему вкусными запахами соснового сруба, сушеных травок и прочего загородного быта.

Меркулов много читал о великих физиках прошлого и, на манер великого Петра Капицы, оборудовал небольшую установку для своих экспериментов именно на даче, в пристройке к основному дому.

А поскольку однажды он не поскупился и подвел к своей «фазенде» газ, то приезжал «погреться у камина» и поздней осенью, и ранней весной.

Из окна своей дачной «лаборатории» Сергей любил смотреть на то, как меняется в зависимости от освещения цвет коры старой сосны, стоявшей у забора. И хотя профессор был не слишком суеверным человеком, у него имелись свои приметы возможной удачи. Если, пока он смотрел в окно, по верху забора пробежит белка, то все может пройти хорошо.

И на этот раз белка пробежала, но не остановилась, не глянула в его сторону, а в какой-то точке прыгнула на сосну, зацепилась коготочками за кору и помчалась вверх, чуть помахивая хвостом.

Белка не подвела, и Меркулов с помощью своей установки начал прокручивать, зажатые в специальных «клещах», кипрские камни, а в память компьютера записывать какие-то необычные сигналы, возникавшие в силовых полях, невидимо соединявших камни.

Камни, неожиданно «встретившиеся» друг с другом, начали «разговаривать», а под влиянием мысли профессора даже «вспоминать» о событиях, интересовавших человека. У компьютера была память в восемь терабайтов, а потому работать можно было долго, не беспокоясь, что какая-то часть информации не поместится в «мозгах» машины. На всякий случай Сережа надел на пальцы электроды, подключенные к серой коробочке с другим его очередным изобретением.