Этот свет

 – Авраам перевел дух и завершил на той же пафосной ноте: – Нам следует избавиться от него, пока он не сбежал и не поставил под угрозу уничтожения всю нашу семью!

Его страстная речь вызвала новый взрыв возмущения по отношению к чужаку, втершемуся в доверие к невинным людям – жертвам бесчеловечной политики Свена и его безжалостной Комиссии. Но голос Мари заглушил крики:

– У нас есть единственное надежное средство проверить, говорит ли человек, назвавшийся Аленом, правду.

– Согласен, – быстро сказал Авраам.

 – И после того, как все убедятся в том, что так называемый Ален Берг – на самом деле агент Свена, мы вырвем ему сердце и съедим его.

Берг, словно громом пораженный, выслушал полемику собравшихся, и тотчас до его слуха донесся их шепот, поначалу негромкий, затем все более уверенный:

– Зов крови… зов крови…

– Зов крови! – огласил приговор Авраам.

Мари подошла к Бергу и ободряюще потрепала его по плечу, пока остальные, возбужденно переговариваясь, готовили какое-то приспособление, призванное разоблачить или, напротив, оправдать новорожденного.

– Надеюсь, ты сказал правду, – серьезно проговорила она, подводя его к ровному, отполированному множеством ног участку деревянного пола. – Если ты действительно помнишь свое имя и пришел к нам самостоятельно, то кровь не отклонится.

В этот момент сильные руки родичей с двух сторон подхватили его и пригнули вниз, так что он стал напоминать сгорбленного калеку. К шее привязали тонкую веревку, на конце которой болтался привязанный за рукоятку миниатюрный нож Мари, касавшийся кончиком вытертых добела досок.

Все столпились вокруг него, внимательно наблюдая за отвесом. Когда он наконец перестал совершать даже малейшие колебания – Бергу не давали пошевелиться – Авраам скомандовал:

– Режь!

Костлявая длинная рука, кажется, принадлежащая нескладному музыканту, протянулась из-за спины Берга и резким взмахом провела чем-то холодным и острым ему по горлу.

Боли он не почувствовал, увидел только, скосив глаза, что тонкая струйка крови часто капает вниз; фиолетовые шарики с тихим стуком бьются о пол, быстро сливаясь в густеющую на глазах лужицу, почти идеально круглую. Через минуту поток иссяк, и его отпустили. Ален с трудом выпрямился и встретился взглядом с Мари, удовлетворенно сложившей ладони на груди.

– Он сказал правду! – провозгласила она и со вздохом опустилась на стул.