Синяя месса

Видно, кто любил меня – позабыл…

    11-10-14

Горько – солоно

Да, я могу тебе помочь —

не мудростью, и не советом —

любовью, дружбою… Я – ночь,

что так темна перед рассветом.

Ты не ревнуй – да Бог с тобой! —

что я теплом делюсь с другими:

ОДИН – такой. Хороший. Мой.

Верь – не бывает  з а м е н и м ы х!

Вот так и я – одна из всех —

единственная в этом роде…

Мой плач, мой слог, улыбка, смех —

их больше нет нигде в природе,

как и твоих… Иди со мной.

Всё, что любимо – то безгрешно…

Ты прав – горька моя любовь!

И солоны – печаль и нежность…

    08-07-14

Стихи приходят зимней ночью…

Брату Поэту

Стихи приходят зимней ночью,

и летним вечером таинственным…

Не торопись делиться строчкой,

пока любовь в душе не вызрела…

Катай во рту морские камешки —

слова, пока  о д н о  найдётся!

Поэзия священным пламенем,

костром в душе твоей взовьётся —

и в нём сгорит всё злое, пошлое…

Обиды, боли и утраты!

… Родной, молчать уже не сможем мы…

И, взявшись за руки надёжные,

так и уйдём – сестрой и братом.

    10-06-14.

Новое сердце

Всем, кто помнит первую любовь

Баллада о корове

В костре сожгу и злобу, и унынье;

отчаянье, и горе всех миров!

…Но даже звёзды с неба смотрят ныне

глазами век не доенных коров…

Покорность, и печаль, и всепрощенье

присущи этим горестным глазам:

«Я всё прощу – и боль, и преступленье;

Я всё перетерплю и всё отдам:

и молоко – из клевера цветочков,

и шкуру в бело-палевых блинах,

и даже драгоценного сыночка,

как некогда писал великий граф —

чтоб были вы и сыты, и здоровы,

чтоб называли Зоренькой, любя…

Я божья тварь.

Ах, отпустите в Индию меня!»

Глаза её – как краденые сливы.

Рога её – как месяц золотой.

Танцуй, корова! Будешь ты счастливой,

но только – как и я – в стране иной…

Я лягу на тебя, возьму за шею,

мы полетим сквозь белую сирень

оттуда, где так мало мы имеем

туда, где всё – любовь, и нет потерь…

Ведь млечный путь тобою был проложен

средь незабудок, клевера и звёзд!

…Использовать нас было так несложно,

и способ избавления – так прост…

Дождём омыта шёлковая шкура,

я голым пузом прижимаюсь к ней…

Прощайте все! «Иисусы» и Иуды —

вам больше не видать души моей.