Нежить на службе Его Величества

Галицкие приехали на пятнадцать минут раньше, чем планировал генерал, а когда генерал планировал, он не любил таких оказий.

Белокурый юноша в костюме тройке и кадетском пиджаке поверх, спрыгнул первым, неся на плече патефон, за ним легко спустилась юная девушка в голубой шляпке, модном платье и с бутылкой шампанского в руке и принялась хлебать прямо с горлышка. Прохожие и бывшие завсегдатаи аптеки профессора, что приходили по старой память постоять на крыльце стали оглядывать молодых людей и перешёптываться. Даже вдовы обернулись, чтобы фыркнуть и сплюнуть на брусчатку.

Москвитин, редко бывал в миру, потому у него было мало гражданской одежды. Всё, вплоть до исподнего ему выдавали, поэтому в шкафу нашёлся лишь старый серый костюм. Жена Москвитина отказалась его гладить, сославшись на головную боль, поэтому он был до нельзя измят.

– Доброго вечера! Молодые люди, вы стали сотыми проехавшими по набережной Петербурга! Путешествуете, али по делам?

– Путешествуем по делам, – гордо ответила Елизавета.

 – Что там с сотыми? Нам что-то полагается?

– Вы, барышня, прямо в точку попали. Вы выиграли билеты в кино! – Москвитин протянул два квиточка близнецам. – Сеанс через пол часа. Не опаздывайте. Успеете взять репертуарный буклет и сладкой кукурузы.

– Стенька Разин! Мы на него дома сто раз ходили. – вздохнула Елизавета.

– Стенька Разин! Ух здорово! В восьмой раз посмотрим! Даже, Лиза! – воодушевленный Александр выхватил билетики и понесся обратно в карету со своим патефоном.

– Саша, я устала с дороги! Какое кино?

– Бесплатное!

– Хорошо.

 – сказал себе под нос Москвитин.

– Этот мужик какой-то мутный! А вдруг он аферист?!

– Да ты погляди на него. Как стоит, как говорит. Не иначе отставной фендрик. Таким доверять можно, сестрёнка. Поехали в кино.

– Ну я уже смотрела его тысячу миллионов раз!

– А в Петербурге в первый раз! Вдруг у них удлинённая лента будет!

Генерал возмутился. Его, фендриком. Да ещё и отставным. Но виду генерал не подал.

Кино в Петербурге, это не кино в Волжской губернии.

Зал мог вместить в себя целый батальон, а то и два. Меж рядов не валялось лузги от семечек. Кресла была оббиты мягким бархатом. Экран в два раза больше, а изображение чётче. Можно было разглядеть чернобровую княжну и мужественного казака во всех красках. Фильм действительно длился дольше, вместо шести минут, целых восемь. Реплики держали на экране дольше, отчего Галицкие пришли к выводу, что Петербуржцы медленно читают.