Олень двугорбый. Сборник всего на свете

Но все её обитатели не идут ни в какое сравнение с пожилой семейной парой, обосновавшейся в наших соседях в начале ноября… года. Они пытались задвинуть поглубже своих скелетов в шкаф, но сделать это им так и не удалось, – всё тайное когда-то становится явным и от правды не сбежать, как сильно бы этого не хотелось.

Я прекрасно помню тот день. Стояла один из последних тёплых дней индейского лета, когда солнце перед двухмесячным расставаньем дарит в качестве прощального подарка тёплые пучки света.

Я возился в гараже, Ева была на кухне. Звонок в дверь, на пороге пожилая интеллигентная пара. Кажется, они только что покинули читальный зал в библиотеке, и книги ещё лежат открытыми на столах.

– Добрый день, мы ваши соседи – мистер и миссис Тротски, мы поселились двумя домами ниже, где до нас прежде жили Голдуотеры. Мы переехали с Умеренного Севера. До выхода на пенсию я работал учителем математики, а миссис Тротски трудилась по музейной части. Детей у нас нет, но есть премиленький бронепоезд в личном пользовании, – любезно интродуировался за двоих мистер Тротски.

– Меня зовут Ева, а это мой муж – Адам, – взяла слово моя жена. – Мы – Уэбберы. А это наши дети: Авель, Каин и Сиф, остальные умерли во младенчестве, мы использовали их останки в качестве наполнителя для кошачьего туалета. Они оказались отличным адсорбентом, и Адам запатентовал технологию, принёсшую нам приличный доход среднего класса. Прежде мы были очень бедны, и муженёк не мог купить мне даже шубы.

А мистер Серпент прельщал меня своей яхтой, на которой он бороздил просторы горных хребтов. Но потом семейный кризис миновал, и вот мы живём на Уличной улице в собственном двухэтажном доме с мезонином и четырьмя туалетными комнатами. Кстати, как вам бывший дом Герцынов, живших прежде Голдуотеров?

– О, он такой милый и прекрасный, – пирожково вписалась в разговор миссис Тротски в бигудях и роговых очках. – Но мы знаем, что до Герцынов в нём проживали Платоновы, приделавшие к дому замечательный эркер.

– Не смей при мне упоминать про Платон! – взвопил мистер Тротски и начал исходиться пеной, тёкшей по его козлиной бородке. – Это всё грязные инсинуации Сталина и его клевретов, не имеющие никакого отношения к социализму, а целокупно происходящие из сталинизма!

Это был первый звоночек. Но, как известно, почтальон всегда звонит дважды. И он не преминул в скорости прозвучать.