Свет во тьме. Книга вторая. Великий Восток

– Я тут прикинул: более сорока километров они прошли под землёй, да плюс десять-пятнадцать по поверхности, – командир заставы поднял голову от самодельной карты.

– Это если по прямой?

– Да, если по прямой…, не плутая.

Командиры, взяв по дощечке, принялись подробно изучать карту маршрута.

– Обратите внимание, как точно указан путь из одной системы горных выработок в другую. Составить такой маршрут невозможно, не имея на руках карт древних подземных выработок. Почему мы ничего не знаем об этом маршруте? Нужно запросить архив: когда выходили по нему люди.

– Может быть, где-то и карты древних выработок сохранились… Надо бы поискать их на месте пещер.

– Ну что ж, – деловито произнёс командир полка, – надо сообщить командующему и думать, как помочь людям пройти этот путь, дойти живыми.

Иван вошёл в отведённую им комнату. Все спали крепким тяжёлым сном. Младший грузчик и во сне плакал, бормотал что-то. «Совсем выбился из сил… Спасибо, в пути не сломался… Мальчишка ещё!», – подумал о нём Иван.

Он лёг в мягкую чистую постель, в какой не спал никогда в своей жизни, и мгновенно провалился в сон. Когда выспались, их отвели в медпункт. Несмело озираясь в стерильном кабинете, изумленно рассматривали блестящее никелированное оборудование и старались всё запомнить, чтобы потом рассказать своим. Здесь им было всё ново, непонятно, удивительно и, как детям, все хотелось рассмотреть и потрогать. Их быстро осмотрели, просветили, прослушали, и врач каждому назначил индивидуальный режим восстановления сил. Озабоченность вызвал младший грузчик – ему еще не было восемнадцати лет, и силы его были подорваны.

К ним пришел священник. Во все глаза они рассматривали старца – ухоженного, с седой окладистой бородой на красивом холёном лице, в дорогой сутане. Он им показался добрым барином из сказки. Их батюшка – старенький, измождённый, в поношенной штопаной рясе – такой простой и добрый, был ближе и родней. Священник спросил:

– Все ли крещены, – и глянул на Негра.

– Все. А как же…, – загомонили вразнобой, вытаскивая из-за пазух самодельные жестяные крестики.

– Ну, коли все крещены, все свои – православные, так и пойдёмте в церковь, помолимся все вместе.

Белая с золотым куполом, снаружи кажущаяся небольшой, а внутри оказавшаяся высокой и просторной, церковь ошеломила красотой позолоченного иконостаса, строгостью ликов на иконах, прекрасной росписью стен и купола, множеством горящих свечей.