Девушка с запретной радуги

– Да, у тебя они есть. Я уверен, что мы достигнем согласия. Секретарша, которая не умеет видеть сны, как и ее начальник. Между нами есть особая родственность, Мелисанда. Родственность душ в некотором смысле. Если бы только у одного из нас она уже не отсутствовала долгое время…

И прежде, чем придать смысл своим туманным словам, он отвел глаза и вернулся к серьезному тону, выражение его лица вновь стало непроницаемым, далеким, безжизненным.

– Тебе надо отправить первые главы книги моему издателю. Знаешь, как это сделать?

Я кивнула и разочарованно подумала о том, что мне уже не хватает нашей словесной дуэли.

Я бы хотела, чтобы она была бесконечной. Из этой дуэли я черпала словно из чудотворного источника, наполнявшего меня неудержимой живучестью, энергию, которой раньше у меня не было.

Прошло два часа. Я отправила множество факсов, проверила почту, написала письма с отказами в различных встречах и привела в порядок письменный стол. Он молча работал за компьютером, нахмурив лоб и поджав губы.

Его белые и изящные руки летали над клавиатурой. Ближе к часу дня он привлек мое внимание взмахом руки.

– Можешь сделать паузу, Мелисанда. Перекуси что-нибудь или прогуляйся.

– Спасибо, синьор.

– Ты начала читать мою книгу, которую я тебе дал? – его лицо было еще далеким, неподвижным, но в черных глазах заиграли отдаленные искорки хорошего настроения.

– Вы были правы, синьор. Это не мой жанр, – искренне ответила я.

Его губы изогнулись слегка в двусмысленной улыбке, способной пробить броню моей защиты.

Хотя я считала, что эта броня надежней стали.

– Я и не сомневался. Могу поспорить, что твой жанр – это что-то вроде «Ромео и Джульетты».

В его голосе не было иронии, лишь констатация факта.

– Нет, синьор. – Возразить мне казалось естественным, словно мы были давно знакомы, и я могла быть с ним сама собой, без притворств и масок. – Я люблю только те истории, которые хорошо кончаются. Жизнь и без того слишком горькая, чтобы увеличивать дозу горечи еще и книгой.

Если я не могу видеть сны ночью, я хочу делать это хотя бы днем. Если я не могу себе позволить мечтать в жизни, я хочу позволить себе мечтать хотя бы с книгой.

Он внимательно обдумывал мои слова, долго не отвечая, но едва я встала, чтобы уйти, он меня остановил.

– Синьора МакМиллиан объяснила тебе, что значит название этого дома?

– Возможно, – ответила я, усмехнувшись. – Но боюсь, что слушала ее вполуха.