Герои забытых сражений

 – Ты же видишь, что тут? Ты даже не выберешься отсюда! С этого поля боя, которые кинули твои союзники! Ты знаешь что произошло, когда звук мечей прекратился?

– Мне уже без разницы, – ответил я ей, и попытался её обойти, но она загородила мне путь.

– Как же? – спросила меня она. – А суть тогда твоей войны? Суть жизни этих людей? Твоей?

– Дай мне пройти, старуха. Мы встретимся, даю тебе слово, но сейчас. – ответил я ей. – Понимаешь, теперь все не имеет смысла. Я хотел пойти домой, но теперь дома нет. Тебе я доверяю, о смерти ты напрасно не говоришь.

Теперь я хочу просто побыть немного один. Хоть у тебя в избе и тихо, спокойно, но там я не увижу больше солнца, не увижу травы, не услышу пение птиц.

– Это верно, Вань, – ответила мне старуха. – А я и не могу тебя держать, пока ты жив, я тебя могу только уговаривать, пока что ты не в моей власти. Когда ты захочешь умереть, просто скажи мое имя, и я появлюсь и заберу тебя к себе домой. А пока – ступай!

Я поблагодарил старуху поклоном. Она исчезла и появилась там, где стоял конь и оплакивал своего хозяина, склонив голову над его бездыханным телом.

Я слышал, как она что-то бормотала. Вредная старуха.

Я пошёл дальше. По узким тропам, переступая бездыханные тела, я двигался вперед. Я увидел мой лагерь. Там тоже лежали мертвые. Лагерь был или свернут или разграблен. Тяжело, но я дошёл до лагеря. Палаток не было, а только догорающие костры, да срубы деревьев.

Я пошёл дальше. Наконец-то трупы кончились. Дальше тоже было поле.

Огромная долина, каких не много. Солнце сильно пекло, но ветер создавал прохладу.

Я осмотрелся. Дальше, примерно в несколько сажень было большое дерево. Мне нужно было немного отдохнуть, а ветерок и тень создадут нужные условия, да и вода хоть маленько остынет. Буквально недавно я её попробовал. Она практически была как кипяток.

Так же тяжело я дошёл до дерева. Буквально упал на землю и облокотился на этот дуб. Я снял головной убор и кинул его около себя. Потом посмотрел рану и увидел, что рана действительно была плоха.

Ткань была пропитана моей кровью, и я нуждался в перевязке. С ремня я снял последние самодельные повязки и перевязал раны, чем осталось. Жгут пришлось снять, так как кончики пальцев немного посинели. Кровотечение тут же усилилось. Я попытался все зажать рукой. По руке потекла моя теплая кровь. Я держал руку, сил уже было не много.

Боль немного утихла, и я поднял голову вверх, чтобы посмотреть на небо. Чистое, светлое небо.