Мясник из Грин Лейк

– Зачем? – вскрикнул я. – Зачем ты это сделала?

– Я испугалась. Прости… – Пенни отскочила от тела.

– Откуда у тебя электрошок?

– Купила в магазине. В нашем районе орудует маньяк! Как еще защититься беспомощной женщине?

– Пенни? – я протянул руку, чтобы забрать шокер.

– Я ведь не прошу твой пистолет. – вкрадчиво прошептала Пенни.

– Пенни…

– Он убил твоего напарника…

– Он сказал, что нет…

– И ты ему веришь?

– Мы должны вызвать полицию…

– Нас посадят. Он был бы рад.

– Господи… Пенни, прости что втянул тебя в это… – я сел на пол рядом с Датсоном.

– Ты сожалеешь. Значит, ты ни в чем не виноват. Уходим.

– А как же улики?

– Его игра окончена. Крупье мертв. Просто пойдем.

Я стрелял в человека всего один раз. Еще в особо тяжких. Он убегал, а я даже не целился. Он тогда убежал и убил еще. Я винил себя. За малодушие. За страх. За еще одну смерть невинного человека. Наверное, до сих пор виню. В тот год исчез Лисовски.

Я спускался по лестнице, словно в хлам пьяный. Пенни держала меня под руку. Перед глазами все еще разорванное выстрелом брюхо Датсона. Пенни убрала мой пистолет в кобуру. Поправила пиджак. Мы ждали такси у соседнего дома. Она сказала водителю, что я перепил, и просто запихнула на заднее сидение.

– А это, если его стошнит на коврики. – Пенни протянула ему еще купюру и двинулась по тротуару. Мы проехали мимо нее.

Первый свидетель рассказывал об очередном леденящем душу происшествии, а я заливал в себя остатки открытого вина, недельной давности, лежа. Давился им, но голову с дивана принципиально не поднимал.

Я позвонил Пенни. Она не взяла трубку. Она, конечно, наблюдается у доктора Летсмана, но она явно не сумасшедшая, чтобы общаться со мной после того, как подверг ее жизнь опасности. Втянул ее в убийство. Заставил увидеть смерть.

Я услышал стук в дверь только с третьего раза.

– Прости Ирвин. Я не могла ответить, была на работе. А потом аккумулятор сел…

– Зачем ты пришла?

– Уйти?

– Я думал, ты не захочешь, больше, видеть меня… – я бормотал все эти слова себе под нос. Как с моей первой женой. Я чувствовал себя виноватым, глядя на уставший взгляд Пенни и кусочек лейкопластыря на припухшей щеке.

– Из-за Датсона? Думаю, теперь, я хочу видеть тебя еще больше. Ты спас меня. Я принесла тебе ужин.

– Меня тошнит.